— Я, правда, саму Оксану об этом еще не спрашивал, — сказал Барсов.
Виташ мило улыбнулся, взял телефон.
— Оксана, — мурлыкнул он в трубку, — Толя попросил у меня твоей руки. Ты как, согласна?
Что-то пару секунд ворковало на другом конце провода, потом Виташ положил телефон.
— Иди, договаривайся о дате, — сказал он Анатолию.
…Свадьбу сыграли быстро. Пышную, даже помпезную. Родители Толи не могли нарадоваться на счастье сына: невеста богата, тесть подарил молодым отдельную квартиру со всем необходимым содержимым — чтобы, значит, дочке жилось хорошо… С ней вместе жил и Толик, жил, в общем, неплохо. Тихо, мирно, без скандалов и ссор. Обычная богатая семья.
И сдвиги в продвижении на эстраду появились. Оксана заставила папочку раскошелиться.
Только…
Вот уже несколько месяцев Толе снилась не Оксана. Она, далекая незнакомка.
Поначалу — лишь изредка, и Толя не обращал на эти сны внимания. Подумаешь, игра воображения, забавы природы. Легкие, приятные сны, а не кошмары какие-нибудь, которые врезаются в память. Насчет этих снов он ничего не имел против.
Потом она стала сниться чаще. Почти каждую ночь.
Впрочем, эта навязчивость его не испугала. Он пока что сам желал этих снов. Каждый вечер, ложась в кровать, Анатолий мысленно приглашал ее в свой сон. А если она не появлялась, то испытывал неясную, неосознаваемую тревогу, словно чего-то не хватает.
Ему не хватало ее. Поначалу Анатолий не мог как следует ее разглядеть… туманный размытый силуэт, видневшийся где-то вдали. Но с каждым разом она приближалась. Еще не видя ее, Толя подумал, что это, наверное, его жена Оксана, он решил сгоряча, что наконец-то влюбился — точнее, смог полюбить…
Но с каждым сном девушка виделась ему все отчетливее. Он сумел со временем разглядеть, что она блондинка, в то время как Оксана его — чистая брюнетка. У обитательницы его смутных снов — светлые глаза, а у Оксаны — карие… Увы, четко разглядеть лицо из снов ему так и не удавалось.
Анатолий мучительно терялся в догадках, кто бы это мог быть, — перебирал в памяти всех знакомых блондинок. Никто не шел на ум.
Его часто поражала реалистичность этих снов. Он ясно слышал звуки, ощущал запахи, прикосновения, и даже проснувшись, не сразу осознавал, что это был всего лишь очередной сон, который уже закончился. А когда приходило осознание этого факта, он ощущал болезненное чувство утраты, будто его обделили, будто отобрали что-то важное.
Наступал вечер, за ним следовала ночь, и он с нетерпением дожидался момента, когда можно будет уйти в спальню, — Анатолий теперь жаждал свиданий.
В течение всего дня — или почти всего — он не вспоминал о ней, о своей любимой, не задумывался о чувствах, которые она вызывает у него. День заполняла работа, времени на размышления и копание в себе не оставалось. Днем протекала его обычная жизнь — работа, молодая жена, родители, тесть с тещей, наконец…
А ночью…
Ночью словно наступала другая жизнь — виртуальная реальность, параллельный мир; иными словами не объяснишь. Никакие слова не способны точно выразить все с ним происходящее. Когда появлялась она, Толя готов был все отдать только за то, чтобы быть рядом с ней, он был согласен променять дневную реальность на нереальность своих ночных видений.
Образ ее был безупречен. Фигура потрясала воображение, а лица так и не удавалось увидеть. Когда она оборачивалась, лицо ее расплывалось, словно проникало к нему сквозь тугие струи дождя. Либо прослеживался очень нечеткий контур, такой, словно она — против солнца и свет ослепляет его.
Впрочем, он досконально изучил линии ее тела. Оно — идеал, настоящий эталон красоты. Она не была ни худой, ни толстой, ни высокой, ни маленькой. Она просто являлась к нему в гармонии, пропорционально сложенной. Врут те, кто утверждает, будто бы небольшие диспропорции придают женщине шарм и изюминку, а гармония, дескать, скучна. Они, вруны эти, ее просто не видели.
Голоса ее он тоже не слышал, но зато наизусть знал ее запах. Он — головокружительный и манящий — напоминал что-то знакомое, но Анатолий никак не мог вспомнить, что именно. Что-то такое далекое и тем не менее родное, будто затерявшееся в его детстве и оттого еще более дорогое.
И он снова и снова с радостью погружался в негу сна…
Из ванной комнаты доносился звук льющейся воды.
Анатолий подошел к двери, полагая, что это его жена принимает душ, и потянул за ручку. Но то была не Оксана…