— Знаете что, мистер Стоун. Американский народ — великий народ. Они великие торговцы и великие обманщики. А это значит, с ними всегда можно договориться. Но Карим-Баша… Карим-Баша не торговец и не обманщик. Он воин. И он рядом. Вот кого нужно бояться сейчас.
— Но вы не выглядите так, будто боитесь его, Махди, — хмыкнул Стоун. — Скорее так, будто уже с ним договорились.
Расслабленный и вальяжный Махди вдруг в один миг весь напрягся. Он резко повернул голову и зыркнул на Стоуна. Взгляд был недобрый.
— Вы называете меня обманщиком, мистер Стоун?
— Как вы сказали, с великими обманщиками всегда можно договориться, — проговорил Стоун и улыбнулся. — И я пришёл к вам именно за этим.
Лицо Махди снова сделалось добродушным. В глазах появилась лёгкая ленца.
— Вы устали, господин Стоун. Вам лучше отдохнуть. Хотите, чтобы я распорядился согреть вам воды? У меня здесь есть прекрасная жестяная ванна.
— Вы не боитесь ЦРУ, — покачал головой Стоун, — а значит, у вас есть покровитель, который сможет защитить, пока вы находитесь здесь.
Махди молчал, прищурив глаза, словно огромный кот.
— И я догадываюсь, что это за покровитель. Пакистан, не так ли? — продолжал Стоун. — Кто ж ещё? Они делают вид, что помогают ЦРУ меня вернуть. Но понимают, что я знаю слишком много о их гнусных делишках. Знаю подробности и нюансы «Пересмешника». Знаю, как их ISI водило за нос американскую разведку. И им очень не хотелось бы, чтобы Большой Белый Хозяин узнал то, что пакистанское правительство хотело бы от него скрыть.
— Это очень сложные разговоры, — Махди отвернулся, сделав вид, что любуется горами, — слишком сложные для такого простого и недалёкого торговца, как я.
— Вы и ваш друг Карим-Баша, наверное, долго ломали голову, как всё провернуть, — Стоун не обратил внимания на его слова. — Скорее всего замышляли инсценировать нападение во время перехода. И мою смерть.
Стоун кивнул на Гаррета.
— Он из морской пехоты. Как я. Рост и размер обуви примерно те же, что и у меня. Та же татуировка на плече.
Махди поджал губы, но сразу расслабил их. Словно бы просто пытался согнать с лица назойливое насекомое.
— Думаете, я не видел, как ваши люди наблюдали за нами, пока мы мылись? — продолжал Стоун. — Достаточно было отдать ЦРУ обезглавленное тело. И дело в шляпе. Стоун погиб в набеге. Чистая случайность. Здесь не было бы вашей вины.
Махди молчал. Он казался расслабленным, но Стоун видел, как торговец нервно пожимал пухлыми пальцами.
— Но идиот Мэддокс спутал вам все карты своей глупой выходкой. И вам пришлось играть весь этот дурацкий спектакль.
— Возможно, вам стоило бы поменьше находиться на солнце, мистер Стоун, — проговорил Махди, и привычное дружелюбие испарилось из его голоса.
— Давайте я расскажу, как будет, — продолжал Стоун. — Сейчас я встану и пойду к Мэддоксу. И расскажу ему всё, что только что рассказал вам. Майор сейчас в таком хм… расположении духа, что он поверит во всё что угодно. А во всё это будет просто поверить. Мэддокс сразу поймёт, почему вы уже почти неделю держите нас здесь, не давая выйти. Он и так зол, как собака. Но если поймёт, что вы водите его за нос — слетит с катушек так, что даже старина Гаррет не сможет его утихомирить.
— Вы мне угрожаете? — с искренним удивлением спросил Махди.
— И вы знаете, что тогда начнётся, — покачал головой Стоун. — Здесь будет резня. И первым делом Мэддокс убьёт вас.
— Если начнётся резня, — проговорил Махди похолодевшим тоном, — вы тоже погибнете. Это я могу вам гарантировать.
— Я погибну в любом случае, — покачал Стоун головой. — В США меня казнят за госизмену. В Пакистане — убьют, чтобы я не болтал языком. Если я погибну здесь, то что ж… Мне терять нечего. А вот вам… Вам очень даже есть что.
Махди молчал долго. Очень долго. Он не смотрел на Стоуна, но всякая беззаботность испарилась из его позы.
— И чего же вы хотите, господин Стоун?
— Недельный запас еды и воды. Тёплую одежду и крепкую обувь. Винтовку и сносного коня. И чтобы сегодня ночью охранник у ворот отлучился на несколько минут. Всё. Все решат, что я улизнул сам. Вы будете ни при чём. Просто досадное недоразумение. Просто Уильям Стоун в очередной раз оказался немного хитрее своих врагов.
— Вас будут искать, — выплюнул Махди, поморщившись.
— Верно. И вы активно им в этом поможете. И тем самым обелите себя в глазах ваших покровителей. И в глазах Мэддокса тоже. Любые подозрения, которые он строит в отношении вас сейчас, вмиг испарятся.
— Видит Аллах, — покачал головой Махди, — всё, о чём вы говорите, это безумие.