— Меня определят в оперативную группу?
Искандаров кивнул.
— Когда планируется операция? Кто будет в ней участвовать? — проговорил я сосредоточенно и строго, словно присутствовал на инструктаже.
— Этого, — Искандаров покачал головой, немного помолчав, — этого я не знаю, Саша. И потому не могу ответить на твои вопросы.
— Не знаете, или не уполномочены говорить? — сузил я глаза.
Искандаров вздохнул.
— Я понимаю, из-за моей причастности к Янусам ты относишься ко мне с подозрением. Я это вижу. Но… Но я… Я даю слово офицера, Саша, что не знаю. Если бы знал — сказал бы.
Я думал недолго. И не колебался. Вместо этого шагнул ближе. Теперь между нами было меньше метра.
— Я согласен на ваши условия, товарищ майор. Я пойду с вами за Стоуном. Но вы должны понимать: станет ли спасение Паши приоритетом или нет, я его там не оставлю. Так или иначе.
Искандаров хмыкнул.
— Значит, ты все-таки правда мне доверяешь.
— Пока да. Но если у вас не выйдет добиться и спасательной цели операции, а люди, с которыми мне придется идти за Стоуном, попытаются арестовать меня, не допустив к брату, я буду знать, что ошибался в вас.
— Ты не ошибешься, — помолчав пару секунд, сказал майор. — Но я надеюсь, что дела не пойдут по такому скорбному сценарию.
— Я тоже.
Искандаров смотрел на меня долго. Очень долго. Я выдержал его взгляд. Потом он вдруг усмехнулся — на этот раз не устало, а с каким-то странным, уважительным любопытством.
— Ты через многое прошел. Но остался все таким же. — сказал он.
— Каким?
— Крепким. На удивление крепким. Даже я был на грани слома, когда попал на Шамабад. А ты… Тебя, кажется, ничем не сломать. И это в неполных двадцать лет.
Я не ответил. Тогда Искандаров просто протянул мне руку.
— Хорошо. Я договорюсь с командованием. Попытаюсь добиться того, чтобы Павла не оставили в плену. Но ты должен понимать: если ситуация сложится так, что выбирать придётся… — он замолчал, подбирая слова. Потом его лицо ожесточилось. Взгляд стал решительнее. Он закончил: — Я сделаю всё, чтобы такого выбора не возникло.
Я пожал его руку. Даже сквозь перчатки я почувствовал, что хватка майора все еще остается крепкой.
— Теперь рассказывай, — сказал он. — Всё, что сказал тот душман.
Я начал рассказывать. Коротко, без лишних слов, как солдат докладывает командиру после успешной разведки.
Я рассказывал ему про Махди, про кишлак Дашти-Арча, про перевал Шибиран. Про двух десантников — одного убили, второй жив. Про то, что седой видел лицо выжившего и сказал, что он похож на меня.
Искандаров слушал, не перебивая. Потом достал блокнот и стал что-то записывать. Когда я закончил, он закрыл блокнот, сунул в карман кителя.
— Хорошо, — сказал он. — Это то, что нужно.
Он помолчал, потом добавил:
— Я не знаю, когда все завертится, но будь уверен, ты поймешь это, возможно даже раньше меня. Пока что просто жди.
— Добро, — кивнул я.
Он хотел ещё что-то сказать, но в этот момент со стороны каптёрки послышался шум. Это был Хромов. Я узнал его голос — злой, нервный, с хрипотцой.
— Селихов! Ты где делся⁈ Селихов!
Искандаров усмехнулся, махнул рукой — иди, мол.
— Иди, — сказал он негромко. — Капитан заждался. Да и Градов тоже без мыла лезть станет, если решит, что я слишком задержался.
— Как вы умудрились сбежать с допроса Чеботарева? — хмыкнул я.
— Просто отдал ему инициативу, — пожал плечами майор, — а этому толстолобику больше ничего и не нужно. А… Ну еще с самого утра жаловался Градову на боль в животе.
— Вы планировали нашу встречу с самого начала, — улыбнулся я.
Искандаров кивнул. Тоже улыбнулся.
— Я подстраховался. Ровно как и ты, когда решил, что стоит допросить языка самому. Ну ладно. Иди.
Я кивнул, развернулся и пошёл к каптёрке.
— Саша, — вдруг негромко окликнул меня Искандаров. — Еще один моментик.
Я обернулся. Глянул на майора.
— Не обижай Юру Каширина, — сказал он с улыбкой. — Вашего радиста. Он парень суетливый, но хороший.
Я хмыкнул.
— Не стану, если он не будет лезть в мои дела.
— Обещаю, — кивнул Искандаров, — что больше не будет.
Тогда я кивнул ему еще раз. И направился к каптерке.
— Вы где, товарищ капитан? — сказал я, открывая дверь и входя внутрь. — Ниток чёрных не нашёл. Придётся вам белыми дошивать.