Горохов застыл. Застыл так, будто ему дали леща.
Я знал, что позывной Горохова — Битый. Но бойцы первого при посторонних его так не называли. Обычай у них такой — для чужих старший сержант Горохов оставался Гороховым. Но Битым был только для своих.
Однако Фокс вдруг нарушил и ещё один обычай. Даже не так. Он нарушил негласный закон — спорить с командиром в первом мотострелковом отделении заставы строго воспрещалось. Строже, чем предписывал устав.
— Я знаю, куда они пошли, — проговорил Фокс. — Знаю, как выйти туда прямо отсюда, через лес. Так будет быстрее. Мы сможем их перехватить, а они даже не поймут, что случилось.
Я задумался. Горохов это заметил.
— Ты че, ему разрешишь? — удивлённо спросил у меня он.
Я молчал. Думал.
— Разрешишь⁈ — повторил Горохов.
Тактически шанс был удачным. Если незаметно подобраться к душманам, можно было произвести разведку и не вступать в бой. Хотя бы понять, в каком направлении уходит их группа.
Троп здесь было много, и большая часть нам известна. Если сопоставить полученную информацию с картами, вполне можно было разобраться, по какой дороге они пойдут. И куда выйдут.
Но бросаться в бой такими малыми силами я не хотел. Мы и так потеряли сегодня людей. Терять ещё больше я не собирался.
Но, с другой стороны, Фокс в таком состоянии вряд ли сможет передвигаться скрытно. И определённым образом замедлит группу.
Кроме того, дело осложнялось тем, что рации на посту не оказалось. Видимо, её забрали душманы.
Нужно было выбирать — отойти к посту и оставить там Фокса, но потерять время, а возможно, и шанс догнать душманов, или же двинуться за ними, как предлагает Фокс. Нас мало, и подобраться незамеченными в темноте будет проще.
И я выбрал.
Фокс молчал. Хромов хмурился всё сильнее, но слово своё держал — не вмешивался в наши дела.
— Сколько их? Ты успел посчитать хоть приблизительно? — спросил я у Фокса.
— Не знаю, — покачал головой Фокс. — Семь, может, восемь человек. Может, больше.
Остальные молчали. Ждали, что я скажу.
— Мы идём за ними, — решил я. Потом повысил голос, чтоб все слышали: — проведём разведку, поймём, в какую сторону они движутся, и отступим. Всем ясно?
Забота о бойцах заботой, но нельзя было забывать о том, зачем мы вообще здесь стоим. Что мы охраняем границу, находясь на территории противника. А противник вот он, близко. И, судя по тому, что творит здесь, на заставе, да и в кишлаке, он что-то задумал. Нужно было это пресечь.
— Так-так, стой, Селихов, — вклинился Хромов, — это уже похоже на самодеятельность.
— Это похоже на изменение тактической ситуации, товарищ капитан, — возразил я. — Если бы группа нашла на их огневой точке следы, по инструкции мы должны были бы преследовать их, чтобы установить место нахождения. И лейтенант Зайцев знает это не хуже меня.
— А я согласен с товарищем капитаном, — неожиданно поддержал Хромова Горохов.
Неожиданностью это стало и для самого Хромова. Его квадратное лицо даже слегка вытянулось от удивления, когда он услышал слова старшего сержанта.
— Нужно исполнять боевую задачу и попутно эвакуировать Фокса. Нечего нам по лесам шариться.
— Решение я приму сам, без сопливых, Дима, — невозмутимо и даже холодно ответил я.
— Ты говорил, — нахмурился Горохов, — что не привык проливать лишней крови.
— Да, — кивнул я. — И потому вступать в бой мы не станем. Когда подберёмся поближе, Фокс останется с тобой. А мы станем наблюдать за духами.
— Я могу драться, — возразил Фокс. — Могу, только дайте автомат.
— Можешь, — я кивнул. — Но идти скрытно — нет. Потому просто покажешь дорогу, а потом будешь сидеть тихо. Ясно?
— Ему нужна медицинская помощь, — потемнел лицом Горохов. — Куда ему идти?
— Ты знаешь эти места? — кивнул я Горохову. — Сможешь провести нас через лес к развалу?
— Смогу, — выпятил грудь Горохов.
— Врёшь, Дима, — покачал я головой. — Ты привык ходить по южным горам. А на этих предгорьях в дозоре ты бывал не так уж часто. Тут местность не такая сложная. Сюда ставят в основном второе или третье отделения. Я знаю, я видел журнал.
Горохов отвёл глаза. И, кажется, устыдился собственной лжи.
— Решение принято, — строго сказал я и перевёл взгляд с Горохова на остальных. — И оно не обсуждается. Вопросы есть? Вопросов нет. Тогда…
Я не договорил. Всё потому, что в этот момент где-то далеко, за деревьями, что-то вспыхнуло.
Мы все одновременно подняли головы.
Сквозь ветки в небо медленно пошла ракета.
Зелёная.
Она поднялась, зависла на мгновение и начала гаснуть.