С Марселем Жеромом мы вместе учились в университете, но встречаться начали не так давно, около полу года. Парень был моего возраста, из хорошей семьи, без вредных привычек, но немного скучноват, как по мне. Общались мы не часто, учитывая мой плотный график работы, поэтому отношения у нас пока что были платоническими.
Я вообще мало интересовалась противоположным полом, считая, что в жизни есть более важные вещи, чем секс и бездарно потраченное время на свидания с парнями, вот я и оставалась до сих пор девственницей. Меня это совершенно не волновало, и расставаться я с ней в ближайшее время не планировала.
Эти все ахи-вздохи, бабочки в животе, бесконтрольная страсть, утаскивающая тебя в водоворот безумия — бред для бездельников, которые трахаются лишь потому, что совершенно не дружат с головой и имеют массу свободного времени.
Я хорошо относилась к Марселю, мне было приятно его общество, объятия, поцелуи, но, чтобы прям заняться с ним сексом… Не знаю... Может быть, просто Марсель мне не подходил, как мужчина, раз я все оттягиваю момент нашей близости? Мне было некогда об этом думать, да и лень.
Марсель нравился моим родителям, даже больше, чем мне самой, поэтому они его приглашали в гости чаще, чем я. Он несколько раз намекал моим родителям на то, что был бы не прочь жениться на их дочери, только вот с предложением руки и сердца отчего-то не торопился, как будто бы чувствовал сомнения в том, что стоит связать со мной свою жизнь. Я была даже рада, что он не наседает на меня со свадьбой. Я бы не смогла ему отказать, ведь он такой хороший и милый парень! Такие парни, как Марсель, на дороге не валяются. Непозволительно разбрасываться такими экземплярами!
Искать кого-то еще? Зачем? Да и времени опять же нет.
Парень пришел вовремя и принес нам с мамой по букетику цветов, а папе бутылку коллекционного виски. Повод собраться был и вправду праздничным, для всех, кроме мамы.
Судя по ее опухшим глазам и красному носу, мама проплакала весь день.
— Анна, подумай еще! — запричитала мама прямо в разгар ужина. — Это война, а не экстремальный туристический тур! Эти берлессы…
Мама не договорила, захлебнувшись слезами.
— Милая, ну что ты опять начинаешь? — раздраженно одернул ее папа вместо того, чтобы утешить и успокоить жену. — Ты так говоришь, будто наша дочь уже мертва! Анна будет в глубоком тылу! Она едет в Кижи только для вида! — При этом папа незаметно мне подмигнул, чтобы я ему подыграла, уменьшая все возможные риски для маминых ушей. — Я нагнал страсти на пресс-конференции для пущего эффекта! Вот увидишь, через месяц она уже будет дома, сделав своего отца и твоего мужа президентом великой Фрогии!
— Ах, Андре! Ты думаешь, что я совсем дура, и ничего не понимаю в политике? — продолжала сокрушаться мама. — А если нашу Анну схватит этот ужасный Грэй? Что тогда? Это животное изнасилует ее! А потом публично повесит на уличном столбе, в назидание лично тебе и всей Фрогии!
Мама сейчас не преувеличивала. О зверствах банды этого террориста ходили слухи намного ужаснее.
— Сюзанна! — вмешался Марсель. — Грэй — это искусно выдуманный пиар берлессов, чтобы запугать кижан и весь остальной мир. — Скоро вы в этом убедитесь! Мы с Анной едем в Кижи специально для того, чтобы вывести этих зарвавшихся берлессов на чистую воду!
— Мы? — удивилась я, не меньше всех остальных присутствующих за столом.
— Да, Анна! — Марсель взял меня за руки и посмотрел в глаза. — Я еду вместе с тобой! Хотел завтра сделать тебе сюрприз, но раз так вышло…
Только Марселя мне там не хватало! Я отчего-то разозлилась на своего бой-френда. Мог бы и раньше сказать! Я не любила сюрпризы, особенно такие тупые!
— Марсель мужчина! — сказал папа. — Он позаботится о нашей девочке! Вот видишь, милая, все не так плохо, как ты себе представляешь! Прекрати накручивать себя и всех нас!
Мама смерила аристократичную фигуру Марселя откровенно жалостливым взглядом и покачала головой, всем своим видом показывая, что с этим мужчиной у меня нет ни одного шанса на выживание. Клод икнул, давясь смехом, и уткнулся в стакан с виски.