- Вот она, лови эту ведьму!!!- закричал один из них и все эти мужики вихрем налетели на меня.
Меня ударили по голове, и сразу мои глаза залило кровью, потом удары в спину. Они пинали меня так яростно, но это не продолжалось долго.
-Подними ей голову, проткнём вилами, а потом отрубим!- предложил один из них, другие дружным возгласом его поддержали. Кто-то схватил меня за волосы и немного приподнял над землёй. И сейчас Глаша впервые сказала, что боится, мы плакали от боли и страха вместе. Неужели вот так и закончим? И вообще за что? За что?
-Ну, Дьявол! Будь ты проклято, маленькое исчадие! (Ага, так вот за что!)- и он занёс вилы над моей головой.
-А ну отпустите её! Орава мужиков, да на маленькую девочку. Отпустите, кому говорю, иначе всем руки поотрубаю!
Обернувшись, мужики увидели Ивана, стоящего с топором в руке. Один из мужиков крикнул ему:
-И что ты, Иван, сделаешь? Нас ведь много, а ты один. Нам раз плюнуть тебя зарубить. Лучше не мешай нам правосудие вершить, раз власть и Бог не могут это сделать…- мужик, что говорил, вскрикнул и упал, а до этого последовал оглушительный выстрел. После я услышала слова:
-Не берись за то, что тебе сделать не дано!- Анна была в этот момент как гроза среди ясного неба. Капюшон был откинут назад, волосы растрёпаны, лицо в саже и в глине, но это не скрывало её одностороннего преображения.- Кто-то ещё хочет быть застреленным?- Она направляла оружие то на одного, то на другого. Нападавшие теперь не были так уверенны в своей непобедимости, кто-то даже побросал свой инвентарь. Но были среди них и особо ярые:
-Чего вы её слушайте, она такая же как и эта.- Он указал на меня.- В только посмотрите на морду той, она же как животное, как те, которые прилетели из храма. Подожди, уродина, и до тебя доберёмся.- И он замахнулся на меня топором. Анна не заставила себя долго ждать и выстрелила в него, падая, он задел топором одного из своих и тот взревел как зверь. Между ними началась суматоха и, потеряв своего предводителя, они разбежались.
Иван поднял меня, но мне не было плохо. Я могла сама держаться на ногах, но Глаша от чего замолкла и почти была неощутима.
Я посмотрела в сторону Анны. Та стояла и опиралась на ружьё. Она была ранена.
-Анна, что с тобой?- я подбежала к ней и прижала свою ладонь к тому месту, откуда бежала кровь. Сквозь мои пальцы просачивалась тёплая, липкая кровь. Как бы я не давила на её рану, кровь бежала и бежала, будто её уже ничего не держало в теле.
-Алёна, ты чувствуешь ещё Глашу?- спросила меня Анна, заглядывая мне в глаза.
-Да, немного, но всё слабее.
-Алёна, её тело забрали. Теперь тебе нужно уйти в усадьбу, спрятаться там и посыпать вокруг себя этой стружкой,- Анна положила мне в ладонь серый мешочек,- бабушка с цыганкой уже ушли к храму, я и Иван пойдём за ними…
-Я с вами пойду, не хочу быть одна…
-Нет, ты пойдёшь в усадьбу и точка, не вздумай идти за нами. Ты меня услышала? Алёнка, услышала?- Мне стало страшно за них, за себя, от того, что я могу остаться одна.
-Анна, пожалуйста…- Анна схватила меня за руку и потащила в усадьбу, в этот момент с ней бесполезно спорить. Она заперла меня на чердаке, так как только там оказался замок, на который можно закрыть.
-Алёна, прости, но так будет лучше. Не забудь, что я тебе сказала о стружке. Я люблю тебя, маленькая.
Послышались её шаги. Потом всё заглохло. От этой тишины у меня побежали мурашки по спине. Я подбежала к окну и увидела как Анна и Иван медленно, но верно удаляются от усадьбы. Моё сердце сжалось и заныло, а вместе с ним я.
Хотелось вылезти из окна, но оно не открывалось, да и лестницы под ней не было. Меня уже охватило отчаяние, как во мне проснулась Глаша и молвит:
-Алёна, там за книжной полкой есть, дверь. Она ведёт в сад. Беги скорей за мной, я уже растворяюсь… не знаю, что они делают со мной. Беги, пожалуйста.
Я подошла к полке и за ней, правда, была дверь. Она почти не подавалась под моим напором, но, в конце концов, она тронулась и я увидела маленькую винтовую лестницу, ведущую вниз.