-Ахара, ты приказала ей встать?- длинный внимательно смотрел на Глашу, схватил за волосы и оттянул назад. Ираклион увидел огромные глыбы камня на потолке.
-Нет, что мне до этой девчонки. – огрызнулась женщина.
Высокий внимательно осматривал Глашу, но его прервала вступившая в храм Алёна.
Алёна шла в темноте, рассматривая свечи, освещающие ужасные картины расчленения, убийств, пыток. Она испугалась картин и повернулась в сторону Ираклиона- Глаши. Она бежит к ним. Ираклион ещё раз проклял себя, за то, что открыл двери храма.
Дальше Ираклион был зрителем.
-Глаша, Глашенька, ты слышишь меня. Очнись, здесь где-то рядом бабушка и Иван. Анна тоже здесь рядом… Глаша…
-Здравствуй, Алёна,- мы долго тебя ждали.- Высокий перестал держать Ираклиона- Глашу за волосы, не сумев ещё привыкнуть к телу, Ираклион потерял контроль над ним и рухнул на колени.
-Тебя было легко заманить сюда, в тебе больше нет Глаши. С того самого момента, когда она оказалась здесь. Но торопись! Времени слишком мало, а ты не торопишься. Осталась только твоя кровь!
Ираклион пришёл в себя и увидел, что высокий уже идёт за Алёной и оттесняет её к постаменту. Он решил воспользоваться каменными глыбами. В стенах были углубления для свечей, вполне приемлемо для лестницы. Теперь ему пригодились его навыки Защитника, он стал забираться по стене.
-Посмотри, как прекрасны твои родные, в ярко алом наряде из их собственной крови.- внизу раздавались голоса и плач.
- Вот и всё. Смирись, обратно уже не повернуть. Возрадуйся, ведь вас избрали для высшей цели- для возрождения истинного правителя сего мира,- Ираклион оказался уже над ними. С глыбами было сложно справится без инструмента, но здесь такового нет, и тут он вспомнил, что читала Агафья Степановна из книги Предков- что силы переселяемого переселяются вместе с ним. И тогда он принялся колотить глыбы кулаками маленькой девочки, но при этом с огромной силой.
Одна пика поддалась и рухнула точно на длинного. Его ручные зверюшки взревели. Ираклион приземлился прямо на упавшую глыбу. «Было сложно, но свои ошибки нужно исправлять». Ираклион медленно повернулся к Алёне и спросил:
-Мешочек, что дала тебе Анна, ещё у тебя?- Алёна показала в маленьких ручонках мешок с кирпичной стружкой, Ираклион кивнул и продолжил,- когда сделаешь шаг, они нападут. Развей щепотку кирпичной стружки и она освободит тебе путь.- Ираклион отступил, чтобы видеть всю ситуацию, и если что вдруг, прикроет Алёну. Ручные зверюшки с женщиной побежали на Алёну, но та уже знала, что делать. Женщину это только обожгло, и она упала на колени, закрывая лицо руками и крича как дикое животное. Остальные же рассыпались.
Многие видели, что происходит с их сородичами и не нападали на Алёну, другие всё же испытывали судьбу и терпели поражение. Ираклион шёл рядом. Почему то на него не нападали. Они подошли к двери, без труда Ираклион – Глаша открыли её. На улице шёл дождь. Ираклион остановился. Ему нельзя за пределы храма.
-Глаша, что… что ты делаешь? Пойдём домой, пойдём! Не оставляй меня!- Алёна дёргает за рукав Ираклиона,- Глашенька, пойдём домой. Пожалуйста.- Ираклион решил медленно закрывать дверь.
-Глаша, не оставляй меня, Глаша…
-Я всё, Алёна, я должна остаться здесь. Теперь твой черёд спасать.- как Ираклион мог сказать Алёне, что он не Глаша, но самое главное- Глаши вообще больше нет, когда он переселился в Глашу, её душа и без того плохо державшаяся за этот мир, просто растворилась. А если он ступит за храм, то тело Глаши замертво рухнет прям перед Алёной.
-Глаша, ты сбрендила немного от страха… пойдём домой. Некого больше спасать. Глаша, стой, подожди!- Ираклион полностью закрыл и запечатал дверь.
Его обступили тень и тишина. Связь оборвалась.
15 глава
Разрыв связи был болезненным. Ираклион очнулся в лаборатории, за компьютерами никого не было. Его голова запуталась в проводах, он с трудом нашёл из них выход. Ираклион после стольких скачков в тела, с трудом ощущал своё, его кости ломило, пытался встать, его ноги предательски дрогнули. И только теперь с корточек Ираклион увидел С906, тот забился в угол в и бормотал, что вся его работа превратилась в прах и ему больше никогда не оправдаться перед Наблюдателями. Напротив него сидела связанная Катарина, рядом с ней стоял 54ый. Его глаза были полностью чёрные, капилляры на веках были вздуты. Там же стоял Верховный Наблюдатель, отец Катарины. Они заметили, что Ираклион пришёл в себя. Верховный Наблюдатель, взял стул и сел напротив ослабевшего Ираклиона: