— Вот и хорошо, брат, люби, — спокойно продолжил главарь. — Что с предателем?
— Шафьюизу я подстрелил лично, — ответил аль-Гизаи, полный служебного рвения.
— Ты видел его труп? — поднял брови Абу Мухаммед.
— Братья слышали, как машина, которую он угнал, подорвалась на мине. А потом видели саму машину. Она разорвана в клочья.
— И что это означает?
— Это значит, что его кости достанутся шакалам, — засмеялся Ахмад.
— Ты видел труп? — настойчиво повторил главарь.
— Нет, но… Даже если он выжил, его застрелили сторонники Асада.
— А если не застрелили?
— Думаю, ему хватило и мины. Он же не шайтан…
— Ладно, — тряхнул головой Абу Мухаммед. — Сейчас дождемся Абу Хамзу и соберем военный совет.
Чуть более чем через час командиры отдельного формирования «Джебхат ан-Нусры» собрались в огромном бедуинском шатре. Лысый казах аль-Казаки открыл большой армейский ящик и посветил вглубь мощным фонарем. Луч света прошелся по бокам 155-миллиметровых бинарных снарядов М687 с зарином…
— Братья, мы собрались здесь, чтобы принять правильное решение! — начал аль-Джуляни. — Идти на Маалюлю или все-таки не идти.
— Идти! — крикнул нетерпеливый аль-Гизаи.
— Идти, — взвешенным тоном молвил аль-Казаки, сидевший у открытого ящика со снарядами.
— Надо идти, — подтвердил один из полевых командиров «Ан-Нусры», чеченец Абу Хамза.
— Вы хотите идти! Вы предлагаете напасть на святыню? Для этого должны быть веские основания. Убедите меня в этом, — твердо сказал главарь.
— Они заслуживают смерти! — закричал аль-Гизаи.
— Только и всего? — иронично спросил Мухаммед. — Это не основание.
— Абу Хамза перехватил караван, выходящий из Маалюли, — доложил аль-Казаки главарю группировки, — и кое-что там нашел…
Чеченец Абу Хамза аккуратно достал из ящика артиллерийский снаряд:
— Смотри, брат. Это ХМ 736 калибра 203,2 миллиметров. Он снаряжается отравляющим веществом VX-2. Кроме того, здесь осколочно-химические мины для минометов.
Аль-Джуляни угрюмо смотрел на эту презентацию запрещенного во всем мире оружия.
— Ты хочешь рассказать мне, что такое химическое оружие, брат?
— Мы хотим сказать, брат, что они хранят оружие наших врагов! — вклинился аль-Казаки. — У тебя еще есть сомнения, почему нам нужно взять Маалюлю?
— Но у нас есть другая задача — помочь братьям-мусульманам в городе эн-Небк Каламунского района. Их окружила армия Асада, — сказал главарь, испытующе глядя на подчиненных.
Он, конечно, был готов отдать приказ напасть на Маалюлю, но почему-то упорно хотел доказательств от своих командиров, словно этим снимал с себя ответственность или, наоборот, убеждал себя в правильности давно принятого решения.
— Это оружие собирались применять против нас! — Аль-Казаки взял у Абу Хамзы 155-миллиметровый снаряд и поднял его на уровень глаз своего командира. — И это не последнее оружие в Маалюле! Я чувствую!
Сириец Абу Мухаммед аль-Джуляни был сыном инженера, а его мать преподавала географию. Он учился в Университете Дамаска, когда начавшаяся иракская война заставила его бросить учебу и пойти воевать за веру. Нападать на Маалюлю для сирийца — все равно что для любого украинца напасть на запорожскую Хортицу.
Но что превращает истинного патриота, воина, храброго мужчину в бандита? Когда личные, подчас меркантильные интересы становятся выше зова предков, выше религии, выше всего того, благодаря чему ты появился на свет, развивался и рос!
Абу Мухаммед был бандитом, он имел свой личный интерес, хотя его недалекие подчиненные не замечали этого.
Он демонстративно вскочил и в раздумьях прошелся по шатру.
— Ладно! Будь по-вашему! Объявляю полную боевую готовность! И да поможет нам Аллах!
— Аллах акбар! — хором ответили командиры.
Старый ржавый грузовик, бронированный толстыми металлическими щитами, укрытый от кумулятивных снарядов защитной решеткой и управляемый террористом-смертником, был практически неуязвим. Внутри его лежали тонны взрывчатки. Боевики часто используют такое оружие для прорыва обороны противника. После уничтожения блокпоста сирийской армии «шахидмобилем» в бой бросились ингимаси — легко вооруженные спецподразделения террористов. Они ворвались в брешь, проделанную «шахидмобилем», забросали солдат Асада гранатами, после чего каждый привел в действие свой пояс шахида. Следом наступали элитные штурмовые отряды Ахмада аль-Гизаи…
Наступал рассвет. Услышав звук первого далекого взрыва, Светлана проснулась и подняла голову с плеча Виктора.