— Нет. — Минус ответил так же тихо. — Не знаю, что на меня нашло. А Катя — это кто? — добавил он, помедлив.
— Дочка моя, — Аня смотрела на него с любопытством, — ты и вправду всё забыл. Ей шесть лет.
— А муж? — спросил Серёга, хоть и понимал, что лучше бы не стоило заводить этот разговор.
— Он бросил нас, — ответила Аня спокойно, — бросил и уехал в Петербург. Кате был всего годик, когда он уехал. Мы давно одни. Но я не жалею. Мне одной лучше.
«Что ты врёшь? — подумал Минус. — Вижу я как тебе хорошо! Так хорошо, что чуть не плачешь. И зачем пытаться себя обманывать⁈». Он тихо произнёс:
— А мне кажется, что одному плохо. Очень плохо. Хорошо только тому у кого нет сердца. Тому, кто не способен чувствовать. Я так думаю. А ты не такая.
Лицо Ани настолько побледнело, что Минус заметил это и в полумраке. Она помялась мгновение и ответила, сразу сменив тему:
— Тебе нельзя бросать готовиться. Ты сможешь добиться стипендии. Я в тебя верю. Ты способный. Ведь не зря же мы так долго старались⁈ Тем более в этом году говорят, что будет меньше конкурс на медицинский факультет. Надо пробовать! Обязательно пробовать! Это трудно, но нельзя отступать! И никого не слушай! У тебя получится!
Минус смотрел на её в общем-то некрасивое лицо, но когда она заговорила оживлённо, то оно словно изменилось. Ему понравилась эта женщина. Сразу ясно, что она хорошая. Очень хорошая. А ведь видно, как ей трудно приходится. Минус ещё не придумал, что ему делать, но он поможет этой женщине. Обязательно поможет. Он протянул руку перед собой:
— Не брошу, если ты так говоришь. Но мне нужно работать, чтобы было за что жить.
— И не думай! — Аня вспыхнула и заговорила громче. — Тогда ты не сможешь нормально сдавать переводные экзамены. Это очень трудно, тем более для стипендиатов. Я даю уроки. Немецкий и английский языки, если ты забыл. У меня бывает остаётся немного денег. Я буду помогать тебе. Только не бросай учёбу! А станешь работать — тогда отдашь. Но не бросай, слышишь⁈ — и она взяла его за руку обеими ладонями.
Минус внутренне дрогнул. Он ощутил привязанность к этой женщине, которая так стремится ему помочь. Только собираясь встать, чтобы обнять её, он услышал скрип двери и звонкий детский голос:
— Мама, а это кто?
Серёга обернулся. Маленькая девочка с растрёпанными волосами выглядывала из комнаты в приоткрытую дверь. Она не была похожа на свою мать, разве только цветом волос.
— Это мой ученик, — ответила Аня. — Ты же помнишь его? Он ведь часто приходил.
— Да, — девочка сонно кивнула. — Привет!
— Привет, маленькая принцесса! — Минус подмигнул. — Ложись спать, мы не будем больше шуметь.
— Я люблю спать с мамой, — произнесла она, зевая.
— Иди в кровать, Катя. Я скоро приду, — произнесла Аня строго.
— Ладно! — девочка ещё раз зевнула и дверь закрылась. Минус улыбнулся:
— Смешная. Только не похожа на тебя, — ляпнул он не подумав.
— Да. Она похожа на Олега.
— Извини, что напомнил. Я дурак.
— Ничего. Мне теперь не больно. Правда, не больно.
— Не ври, — Минус не выдержал, — а то я не вижу. Ты прекрасная женщина, Аня. Я не знаю кем надо быть, чтобы бросить такую. Да ещё с ребёнком.
В глазах Ани показались слёзы, но она, скривившись, сдержалась, чтобы не заплакать:
— Молчи. Мне двадцать семь лет, Семён! Двадцать семь! А тебе только будет восемнадцать. У нас ничего не может быть. Не надо меня мучить! Помнишь, мы договаривались с тобой, что мы дружим⁈ Просто дружим. Ты ведь обещал тогда! Я так и знала, что этим закончится! Но я хотела помочь тебе! Ведь ты бы давно всё бросил, если бы не я и Соня!
— Тоже мне, двадцать семь! — Минус чуть не ляпнул, что ему тридцать два, но сдержался в последний момент. — Не может⁈ Глупости, Аня. Просто глупости. Это ты боишься и всё! Ну, перестань! Перестань выдумывать! Иди ко мне! — и он потянулся к ней.
— Нет! — Аня встала из-за стола, но Минус её перехватил. Он обнял её, хоть она и сопротивлялась. Минус прижал её к себе крепко и прошептал на ухо:
— Анечка! Ну, не глупи! Успокойся! Ведь я просто обнял тебя! Ну, что ты боишься, хорошая моя! Ведь я не обижу тебя! Не обижу! — и он погладил её по спине, успокаивая.
Эффект получился обратный. Аня разрыдалась и уткнулась в него лицом. Она безудержно плакала и не могла остановиться. Минус гладил её, жалея. Он попытался вытереть слёзы рукой, но Аня вдруг потянулась к его губам. Минус поцеловал её и они принялись целоваться без перерыва. Аня на мгновение отпрянула и потушила лампу:
— Пойдём, — прошептала она, — здесь нельзя, а то ещё Катя придёт.
Она повела его за руку прямиком на улицу. Уже совсем стемнело и во дворе не было никого. Вдали, у старой яблони, находился летний душ, сколоченный из тщательно оструганных досок. Наверху его виднелась массивная дубовая бочка. Аня привела Минуса к нему, проскальзывая через дверь, как мышка. Она захлопнула щеколду изнутри и Минус потянулся к Ане, поднимая её лёгкое светлое платье. Она не сопротивлялась и сама стащила с себя бельё. Они занимались любовью стоя лицом к лицу и Аня закусывала губы, сдерживая стоны. Минусу понравилась она. Нежная и чувственная. Только уж очень стеснительная. Видно было, как ей хочется быть с ним, но в тоже время Аня сама стеснялась своих желаний. Минус зашептал ей на ухо: