— Не вздумай! Я прошу тебя, не вздумай! Никогда не сделай так, как он, пообещай мне! Чтобы не случилось! Никогда! Вы все дураки, понял⁈ Эта вся трепотня, что нужно уйти достойно… Это всё глупости! Если тебя любят, то убегать от неё — это трусость! Знай, это просто трусость, а не забота! Да, вот так! И не смотри так удивлённо! — лицо Маши задрожало и Минус притянул её к себе, жалея. Она потянулась к его губам и у Минуса сжалось сердце. Он никогда даже не думал поиграть чувствами Маши, хоть и знал, что она влюблена в него. Но тронуть её, не собираясь заводить серьезные отношения, он не хотел ни в коем случае. Обидеть её было хуже, чем обидеть ребенка. Это Минус хорошо чувствовал внутри. Она была для него словно сестра, хоть и не совсем так.
Сейчас он мучительно пытался найти в себе силы её оттолкнуть, но не смог. Она была такая хрупкая, заплаканная и необыкновенно нежная, что он растаял. Её запах кружил голову, хоть разум и отговаривал Минуса, что есть силы. Но Маша поцеловала его и он ответил. Они целовались и целовались, без передышки. Маша повлекла его за собой в сторону, туда, где виднелась маленькая дверь. Они вошли в комнатку без окон. Там был только письменный стол, ворох бумаг в ящиках и раковина с древним краном над нею.
На мгновение оторвавшись от Маши, Минус попытался отговориться тем, что он потный и грязный после дороги, но Маша сверкнула глазами:
— Молчи! Лучше молчи! Грязный⁈ Вон за тобой раковина. Хоть весь искупайся! Но никуда не пойдёшь! Слышишь⁈ Никуда!
Стол был старый и шаткий. Он скрипел и Минус перенёс Машу на пол, бросив под неё свою снятую одежду:
— Может ты сверху⁈ А то холодно.
— Нет, — она улыбалась смущённо и ласково, — не холодно. Иди ко мне!
Минус смотрел на её лицо, на мгновение отрываясь от губ. Счастливое и радостное. Её глаза светились изнутри ещё ярче обычного и она тянулась к нему всем своим хрупким телом. Минус задвигался всё быстрее и только собрался выйти из неё, как Маша обхватила его поясницу ногами необыкновенно крепко:
— Нет. Я так хочу. Не переживай. Давай! — и она сделала несколько движений ему навстречу. — Я хочу от тебя ребёнка! Понял! Хочу!
Минус замер на миг, но тут же мысли промелькнули в его голове. «Если она забеременеет, то уедет из этого ужаса и больше сюда не вернётся, — подумал он ясно, — никогда не вернётся на войну». Минус впился поцелуем в её губы и перестал думать. Она ощутила тепло внутри себя и нежно улыбнулась, не разжимая ног:
— Я знаю, что он будет красивый, как ты, — Маша тихо заговорила, — какой же ты всё-таки дурак, Серёжа! Ну почему ты раньше так боялся меня⁈ Ведь всегда боялся. Вроде бы рядом, но в тоже время так далеко был. Только я к тебе, а ты куда-то собираешься. Так нельзя с девушкой. Нельзя! А ведь про тебя столько сплетен наслушалась! Про твоих женщин. А теперь думаю, что это почти всё неправда. Ведь неправда⁈
— Неправда, — согласно кивнул Минус, — конечно, неправда. А ты о чём сейчас?
— Ни о чём. Проехали, — Маша махнула рукой. — Забудь. Всё хорошо. Очень хорошо, — она улыбнулась, — а теперь слезай с меня, а то и правда холодно снизу, если не двигаться.
Она медленно начала одеваться и заговорила тихонько:
— Я никому не скажу. Ты можешь не жениться на мне, — при этих словах её лицо дрогнуло, — я хочу его для себя. Именно для себя, а не так, как некоторые говорят, а потом начинается…
Минус растерянно смотрел на неё. Она всегда казалась ему немного не от мира сего. Словно прекрасный ангел, но совсем не приспособленный к жизни здесь. Дурное предчувствие вдруг поселилось в его душе. «Выплата, — подумал он, — если что-то со мной случится, то хорошо, если она получит деньги. Ей будет легче». Минус негромко произнёс:
— А ты хочешь за меня замуж?
— Да, — она недоуменно посмотрела на него, — хочу. А ты этого хочешь? Или просто, чтобы я не обиделась? Тогда не надо.
— Хочу, — Минус уверенно кивнул, отгоняя мысли прочь, — конечно, хочу. Прямо сегодня.
— Но так не бывает, — Маша распахнула глаза, — нужно месяц ждать, даже если подадим сегодня.
— Бывает, — Минус уже решился, — ещё и как бывает. Я договорюсь, вот увидишь. Дай мне час. Только соберёшь сама эти лекарства и остальное. И ладно, я твою «электричку» возьму? Мне нужно будет съездить, не хочу по телефону говорить.
— Хорошо, — Маша кивнула, — только ты меня удивляешь, конечно. То подойти боится, а то сразу замуж тащит! — она неуверенно улыбнулась. — Впрочем, я тоже хороша… — и она покраснела.
Минус вылетел на Машином самокате к местному торговому центру, с ещё забитыми кое-как окнами. Он подкатил прямиком ко входу и торопясь снял в банкомате со своей карты все имеющиеся деньги. «Вроде такса была двадцать, но кто знает, — задумался он, — да и Николаевичу нужно что-то дать».