- Не переживай, солнышко, все будет хорошо. Мы с папой обязательно всё решим.
Мама говорила уверенно, но вот от неё самой этой уверенности не чувствовалось. И тем не менее Аля кивнула и все сделали вид, что никто не переживает.
Ближе к вечеру, когда солнце стало склоняться к горизонту, отец достал металлический ящик и раскрыл его. Внутри оказалось... нечто! Девочке, жившей в глуши, не с чем было сравнивать непонятный механизм. И конечно она понятия не имела в чем его предназначение. Ей хотелось спросить отца, но его сосредоточенный вид немного пугал её. А ещё, если честно, она немного боялась, что он может ударить её как того дядю. Поэтому она просто смотрела. И дождалась ответов на свои вопросы. Хитроумное устройство разложилось, потом пискнуло, мигнуло парой лампочек и вдруг поднялось в воздух. Поднялось, опустилось, облетело машину по кругу, сделало ещё несколько манёвров, а потом улетело в ту сторону, откуда они недавно уехали. Аля не знала, сколько времени прошло, за это время они успели поужинать и уже потемнело, когда летающий механизм вернулся. Он залез обратно в свой ящик, после чего папа, посмотрев что-то на нем, закрыл всё обратно и сказал садиться в машину:
- Они двигаются за нами, дрон не заметили. Я не знаю, кто они такие, у них там нет опознавательных знаков, но они не похожи ни на кого из моих старых знакомых.
- И что теперь делать? - спросила мама.
- А у нас есть выбор? Едем дальше. Попытаемся затеряться. У меня должны были остаться кое какие заначки, может удастся выловить парочку должников. В самом крайнем случае можно попробовать улететь.
- Куда?
- Да хоть на Юпитер!
- А если эти сами с Юпитера?
Аля совершенно не понимала что происходит, устала и не выдержав, извернулась в широком кресле и положила голову маме на колени. Не смотря на тряску и неудобное положение, утомленный детский организм быстро провалился в сон. Последнее, что она услышала, были мамины слова:
- Мама и папа со всем справятся, мы защитим тебя.
***
- Я больше не магу, я хоцу дамой! - девочка стояла перед машиной и не хотела садиться в неё. - Поцему мы далжны куда-то ехать?
- Потому что дома опасно. За нами гонятся люди, которые могут сделать нам очень больно.
- Больно? Как папа сделал таму дяде?
- Кхм, да, и даже больнее.
- Но пацему? Мы же ничего им не сделали? И мы можем спрятаца. Мы поедем дамой, спряцемся в падвале и не будем никому отклывать. И тогда они уйдут. А я... Я больше никада не буду отказываца цитать книгу.
Мама подошла ко ней и обняла. А потом заплакала. И Аля заплакала. И так они и стояли, не имея никакой возможности остановить рыдания.
***
Они были в каком-то лесу. Он был гуще того, который баз рядом с их домом. А ещё в этом лесу был другой дом. Он был пустой и у него не было заднего двора с курицами и кроликами. Дорога к нему была узкой, а вся земля в лесу была странно вздыблена, словно это было большое одеяло, которой какой-то великан скомкал и потом на нем выросли деревья. Папа сказал, что машина и так уже проехала дольше, чем ей отмерено Богом, поэтому нам надо остановиться и передохнуть. В комнатах нашлась простая мебель, в том числе и кровать. Аля не знала, где хозяева дома, но все двери были открыты, поэтому они свободно могли перемещаться по всем помещениям. Так на одной из кроватей ей постелили покрывало и она легла сверху прямо в своей замечательной куртке. А пока она не уснула, в соседней комнате родители продолжали общение:
- Это точно из-за камня. Всё сходится и эти видения...
- И ты всё равно не хочешь его отдать?
- Ты не понимаешь. Это НИЧЕГО не изменит. Они не должны получить камень.
- А о дочери ты подумала? Нет, я все понимаю, этот кулон ваша семейная реликвия и вы его поколениями бережете, но что на счет жизни ребенка? Эти ребята, которые идут за нами следом, они ведь профессионалы. Я понимаю, что ты тоже что-то можешь и я не совсем беспомощный, но там 17 человек. 17, чёрт побери, а нас двое. И ты предлагаешь нам пойти и убиться об них...
- Тебе.
- Прости?
- Я предлагаю тебе задержать их отряд, чтобы дать нам с Алей возможность уйти.
Какое-то время в комнате висела тишина.
- Ну, допустим, - проговорил мужчина.