- Знаю. – С тоской и какой-то внутренней болью ответила мне она. – Мне он тоже нравился. Хороший, добрый, заботливый… Чистый. Я долго считала, что не достойна такого парня, как он.
- Слышал бы это сейчас он. – С тоской произнес я, продолжая разглядывать звезды.
- Жаль его.
Вновь повисло молчание, во время которого я чувствовал внутри себя тоску, что стремилась заполнить собой все мое естество. Карен Артурович, Том, Дмитрич, остальные парни с которыми я занимался и стоял в спаррингах. Их лица мелькали перед моим внутренним взглядом, и я задался вопросом: «а мог ли я что-то изменить?». Вот правда, если бы я в тот момент был в поселении, смог бы я один изменить исход? Остались бы они в живых?
- Он сообщил нам, что идет нападение. – Разорвала тишину Джессика, сев на шезлонге и устремив свой взгляд в кафельную плитку, что окружала бассейн. – Я звала его с нами, я просила его уйти вместе с нами, защищая… Он сказал, что не может так поступить.
- Он был храбрым и верным своим идеалам. – Признал я. – За Тома, за остальных. Пусть будет быстрым их свет.
Мы молча сделали по глотку, после чего Джессика пристально посмотрела в мои глаза и приблизилась к моему лицу, так что я мог ощутить аромат ее духов и жаркое дыхание на своих губах. Ее глаза пристально смотрели в мои, будто пытаясь заглянуть в саму душу. Мгновение и наши губы соприкоснулись, передавая в мозг разряд, что послужил спуском отчаянной страсти. По-другому и не скажешь.
- Мне это нужно. – Прошептала женщина, вновь впиваясь, поцелуем в моих губы, в то время, как ее руки, начали снимать с меня бронежилет.
Я же в этот момент своим затуманенным алкоголем сознанием, силился понять, правильно ли я поступаю? Не предаю ли я память об Ольге, которая ради меня и Альки, бросила свою прошлую, относительно безопасную жизнь, которая оборвалась из-за меня? А Джессика? Испытываю ли я к ней что-то?
Да, она была красива, сексуальна. От ее прикосновений во мне разгорались желание и страсть. Горячее дыхание, что я ощущал своей кожей, порождало волны мурашек, что разбегались по всему телу, заставляя дрожать от вожделения и нетерпения.
- Мне это нужно. – Будто убеждая саму себя, повторила она, после чего растегнула ремень моих штанов, садясь сверху меня.
Отодвинув в сторону свои трусики и достав мой половой орган, она отстранилась и с каким-то странным блеском в глазах, смотрела в мои. Начав медленно пускать меня в себя, наслаждаясь каждой секундой данного действа. Теплое, мокрое, пульсирующее возбуждением лоно, обхватило мой ствол, вырывая из моей груди стон удовольствия. Джессика закатила глаза, и прижалась ко мне всем телом, изредка вздрагивая. Ее губы впились в мою шею, стремясь заглушить рвущийся наружу стон удовольствия. А затем она начала медленно двигаться, вперед и назад, раз, за разом насаживаясь на мой кол и выдавая в мое ухо свое жаркое дыхание вперемешку со сладострастными стонами.
Я сам не заметил, как одна рука оголила ее грудь, начав мять и сжимать, ласкать стоящие сосочки, а другая крепко ухватила женщину за ягодицу, поддерживая ритм движений.
Дыхание Джессика стало частым, после чего ее ногти больно впились в мою спину, а зубы в мое плечо. Внутри женщины все сжалось, а потом ее разорвал громкий стон, который сменился надрывным рыданием. Дрожа всем телом, она всхлипывала и конвульсивно дергалась в моих объятиях, а по ее щекам, текли соленые ручьи слез.
Я замер, не понимая, что произошло и, не имея представления, что нужно делать в подобной ситуации.
Понемногу дыхание женщины выровнялось, всхлипы прекратились, а ее губы начали покрывать мою шею, а затем и мое лицо жаркими поцелуями.
- Спасибо. Спасибо. – Жарко шептала она, начав вновь двигаться на мне. – Еще. Я хочу еще.
Страсть накрыла ее сознание новой волной, так как движения стали более резкими, а взгляд, которым она смотрела на меня начал отдавать каким-то животным безумием. И это было заразительно.
- Да, да! Еще! – Рычала шепотом Джессика, стараясь сохранять мнимую тишину, так как находились мы хоть и в темной части, но с балконов номеров отеля нас могли бы увидеть другие постояльцы. Но видимо это ее заводило только сильнее.
Утренние ласковые лучи солнца застали нас растянувшимися на смятых простынях в номере Даши и Джессики. Ночью, женщина отправила свою подопечную ночевать к Альке, не забыв передать последней обещанную шоколадку. А затем мы продолжили наши попытки забыться. Помимо секса было еще и вино, которое мы пили, стремясь утолить жажду.
И вот с первыми рассветными лучами, я открыл глаза, глядя на голую, роскошную женщину, что перекинув ногу через меня, рукой, крепко держалась за мой торчащий половой орган и неосознанно его поглаживала.
В голове стоял неприятный шум, а мир выглядел каким-то серым. Стоило же мне попытаться встать, как женщина насадилась и сонно, лениво, продолжила наше ночное приключение, за которое она еще раз пять ударялась в рыдания.
На этот раз пик наслаждения у нас произошел одновременно. Рыдающая женщина, содрогаясь в конвульсиях удовольствия, упала мне на грудь, а я прижимал ее к себе, вдыхая аромат ее волос.
- Спасибо. – Прошептала мне в ухо Джессика, после чего довольная подскочила с кровати и наслаждением потянулась всем телом, демонстрируя мне в очередной раз свое роскошное, спортивное тело.
Чмокнув меня в губы, женщина убежала в ванную комнату, оставив меня наедине с самим собой. Внутри меня бушевали противоречивые чувства, одно из которых было омерзением к самому себе.
«Прости, Оля, прости» - думал я, вперив свой взгляд в потолок.
По сути, я был предателем. Не успели мои отношения с Афиной начаться, как я уже ее предал. Правда с другой стороны она умерла. Умерла, отдав свою жизнь во спасение Али. А я? Я, же в стремлении заглушить душевную боль… предал я ее этой ночью, или же нет? Однозначного ответа на этот вопрос, я найти не мог. Банально не хватало опыта отношений и интимного общения с другими женщинами.
Странно как-то складывалась моя судьба. Стоило мне познать одну женщину, как та погибла, и вот уже… Да, по сути, в тот же день, я кувыркаюсь в постели с другой.
Отбросив в сторону свои душевные переживании, я решил остановиться на мысли, что как бы ни было больно терять дорогих людей, но жизнь продолжается, и задача живых жить, наслаждаться жизнью и ценить принесенную жертву тем, кто ушел. Лучшее, что я могу сделать в память об Ольге, это именно жить и заботиться об Альке, а остальное… Я помню Олю и вряд ли уже смогу ее забыть, если конечно вновь моя память не обнулиться, или же не произойдет что-то в этом духе.
Попивая кофе, и дымя сигаретой, на балконе номера Джессики, я смотрел за восходящим солнцем, пытаясь прикинуть, каков будет дальнейший план моих действий. После сброса напряжения и эмоциональной разрядки, думалось действительно легче.
Айзек говорил, что ключи позволят мне получить доступ к какой-то части моей долговременной памяти, но так ли это на самом деле? Быть может это всего лишь предположение профессора, или же его попытка замотивировать меня следовать его плану? Ну, или говоря другими словами работать на него?
Вновь миллион и один вопрос, отправились в бесконечность космоса, оставляя в голове звенящую тишину. Ответов, увы у меня по-прежнему не было, а чтобы их получить нужно было пообщаться с ученым тет-а-тет. Идти и прямо сейчас будить Айзека, было бы излишне, да и время еще ранее. Так что мне оставалось только ждать.
Прерывая мои размышления, на плечи легли уже хорошо знакомые нежные ручки Джессики, которые начали гладить мою грудь и опускаться в сторону моих штанов.
- Ты хочешь еще? – Удивленно спросил я у нее.
- О, да! – Промурлыкала девушка в мое ухо. – У меня почти два года не было мужчины.
От Джессики я вышел, когда часы показывали девять утра. Вышел это громко и опрометчиво будет конечно сказано, так как вернее будет слово «сбежал». Да, я сбежал от нее, пообещав что эту ночь вновь проведу в ее объятиях.