– А что подбивать? – пожал плечами Фредди. – В Колумбии порядок. Через месяц можно будет завернуть, посмотреть, как идут дела. Парни старательные, сообразили, что подгонять их никто не будет, сами крутятся. Строители не подведут. Я поговорил с подрядчиком.
– С Дэннисом?
– Да.
– Тогда надёжно, – кивнул Джонатан. – О Дэннисе можно сказать многое, но слово он держит.
– Сделает всё, как надо. Чертежи у парней толковые.
– Сам смотрел?
– С Дэннисом и, – Фредди усмехнулся, – у него теперь свой архитектор. Бедолага, но толковый. Говорит, что чертежи профессиональные.
– Где это Дэннис раздобыл архитектора? – удивился Джонатан.
– Прикрыл дезертира. И кое-чего подкинул его семье. Бедолага теперь предан ему… – Фредди не закончил фразу, пережидая чьи-то шаги в вагонном коридоре. – Дэннис кое-что рассказал. Он и раньше хотел этим заниматься. Война, стройка выгодна как никогда. Но «Феникс» всё перекрывал. А с капитуляцией «Феникс» исчез. Во всяком случае, не возникает. Дэннис подсуетился, вложил всё, что накопил, и стал шуровать.
Джонатан задумчиво кивнул.
– Значит, «Феникс» погас. Интересно, Фредди. С чего бы это? Ведь знаменитая фирма. Всё строительство в их руках было.
– Да. Дэннис говорит: все остальные имели только то, что им давал «Феникс», и отдавали за это, сиди крепче, Джонни, от шестидесяти до семидесяти пяти процентов от дохода. И все материалы закупали у «Феникса». Ну, Джонни?
– Знакомый почерк, – Джонатан улыбнулся. – Есть о чём подумать. Значит «Феникс» уже не тот. Интересно. Ты обрисовал Дэннису проблему?
– В общих чертах. Он обещал подобрать цветную бригаду. Во избежание недоразумений.
– С этим тогда всё, – кивнул Джонатан. – Сделаем, я думаю, так. Сейчас домой. Через недельку сгоняю верхом в Бифпит, приглашу Генни. Хочу это утрясти перед аукционами, – Фредди кивнул. – Затем везём Ларри к Юри.
– И как раз подойдёт время завернуть к парням в Колумбию.
Джонатан быстро прикинул в уме дни и согласился:
– Да, как раз около месяца. Строительство уже закончат. Примем работу.
– Подстрахуем парней на приёмке, – поправил его Фредди.
– Да, правильно. Это их дело. Заодно покажешь им, как вести книги.
– Уже, – коротко сказал Фредди.
– Как это, Фредди? Они же неграмотные.
– Цифры они знают, Джонни. Вот я и показал им, как записывать расходы. Что купили, пусть рисуют, а за сколько, пишут, – и передразнил Джонатана: – Резонно?
– Резонно, – рассмеялся тот. – Так, это у нас займёт… ну, к концу октября мы вернёмся и на месяц засядем дома.
– Отлежимся, – кивнул Фредди. – А где-то в середине декабря к парням. Бобби приглашал к Рождеству. Имеет смысл опередить.
– Имеет, – согласился Джонатан. – К Рождеству надо вернуться и заняться контрактами и расчётами.
– Всех будем оставлять?
– Я думаю, да. В принципе команда сработанная. А новых… Посмотрим по обстоятельствам.
– Понятно. Да, вот ещё, Джонни. Что будем делать с мелюзгой? Лето они проболтались, но надо их как-то определить.
– От комиссий они прячутся ловко, – засмеялся Джонатан. – Раз – и нету никого. И тихие сразу. Но ты прав. Сойдёт листва, да ещё снег ляжет…
– Поморозятся, – кивнул Фредди.
– Думаю, когда будем с Генни решать тот вопрос, то и этот заодно.
– Да, в этом Генни можно доверять.
За окном стремительно летели назад зелёные холмы и пожелтевшие рощи. Изредка мелькали маленькие городки. Джонатан откинулся на спинку кресла, закрыл глаза. Фредди шевельнул плечами, устраиваясь поудобнее. Что ж, можно и отдохнуть. С каким вкусом Джонни выговаривает: «дом», «домой». Что ж… Это его дом. Джонатан Бредли, лендлорд…
… Серое, в потёках грязи, с полузасохшей ссадиной под глазом и свежими синяками на лбу – у ковбоев руки тяжёлые, уж коли бьют в лоб, то на совесть – мальчишеское лицо. Ярко-синие настороженные глаза. Серые от грязи слипшиеся волосы. Ковбойка, джинсы, сапоги – всё грязное, рваное. А видно, что совсем другого табуна жеребёнок. Из дома, что ли, сбежал?
– И кто у тебя висит на хвосте, малец?
– Это моя проблема, сэр.
– Не ершись, малец. В одиночку не выживешь.
– Но и никого не подставишь, сэр.
Он кивает. Мальчишка держится из последнего. Сдохнет, но не сдастся. Видал таких.
– Садись рядом, малец. И запомни: сэров здесь нет. За сэра да милорда и врезать можно.
Мальчишка молча кивает и садится рядом, устало опустив плечи. Камера просторная, но уж больно много натолкали в неё сегодня, ног не вытянуть.
– Мустанг, сыграем?
– Не на что.