– По-нят-но. Чтобы телята…
– Не на откорм, а на племя. Тогда снимаем проблему с перегоном. И с численностью. Здесь количеством не взять. Резонно? – Фредди кивнул, и Джонатан продолжил: – Огород, сад, остальная мелочь пока только для себя. А там видно будет. Ну и…
– Ты с Генни как договорился? – перебил его Фредди.
– На завтра. Мамми предупрежу, чтобы лепёшек побольше сделала, и в нашей кладовке пошарим. Ленч, от силы обед, ужинать он точно не будет.
– Мамми надо сказать, чтобы мелюзгу не прятала, – усмехнулся Фредди.
Джонатан кивнул. Фредди отхлебнул и посмотрел сквозь стакан на пламя.
– Джонни, он приедет один?
– Не знаю. Думаю, разве только с шофёром.
– Ладно. Если и будут проблемы, решим на месте. Точное время вы не обговорили?
Джонатан медленно покачал головой. Фредди ещё раз отхлебнул и медленно расслабился, распустил мышцы, заставил себя отдыхать. Вот значит, как здесь было. Вот откуда богатство Большого Дома. Тогда, зимой, он как-то не задумывался над всем этим…
…Переночевав у костра, они с рассветом взялись за работу.
– Посмотри загоны, Фредди. Не так уж и холодно.
– Сена им положим, и лады. Автомат под руку, Джонни.
– Знаю.
Джонни напряжённо деловит, что очень даже понятно. Мало ли какие сюрпризы их здесь ожидают. Да, во вьюке папка с документами на имение, но вот кому их предъявлять?
– Вьюки пока в сенной?
– Да, там посуше. Достань всё, уберём в Большом Доме.
Поганое это дело – возиться со старыми трупами, но за них этого никто не сделает. Значит, надо. Шейный платок на нос и рот, резиновые перчатки – и вперёд. Раз надо, значит, сделали. И ещё раз прошлись по Большому Дому, хрустя осколками стекла и фарфора. Ну, хоть этого «добра» больше не было. В солидном богатом кабинете, чем-то напоминавшем ту комнату, где он отлёживался после Уорринга, взломанный развороченный сейф. Джонни только присвистнул, покачав висящую на одной петле массивную дверцу.
– Однако…
– А на что ещё ты рассчитывал, Джонни? Сколько мы по имениям шарили, нетрахнутого сейфа не было.
– Да… жаль. Ладно. Давай дворовые постройки посмотрим. Там вроде поцелее.
– Восстанавливать здесь… – он выругался, споткнувшись о валявшийся на полу маленький переносной сейф с вырванной напрочь дверцей.
– Здесь нечего восстанавливать, Фредди, и незачем, – Джонатан снял со стены искромсанную ножом картину. – Смотри. Уайлдер.
– Подлинник?!
– Если и копия, то очень хорошая. Была. И того же века. Пошли, нам надо успеть, – Джонни повесил её на место и пошёл к выходу.
Тогда он не спросил, куда им спешить. И почему Джонни так придирчиво осматривал рабский барак и длинное здание напротив, разгороженное на множество маленьких клетушек. Каждая со своей дверью с прочным массивным засовом и крошечным окошком над дверью. Двадцать клетушек. Внутри какие-то обломки, двери распахнуты, кое-где валяются цепи, в стены ввинчены массивные кольца.
– С этого и начнём, Фредди, Крыша целая, двери подправить – не проблема. Готовые кладовки. Пока навалом, а там отсортируем, – Джонни, поднатужившись, вывинтил из стены кольцо. – Вот эту дрянь только уберём.
– Ладно, – он подобрал с пола уже слегка заржавевшую массивную цепь. – И куда это?
– В землю, Фредди. Выкопаем яму, соберём отсюда, из барака, из комнаты наказаний… и засыплем.
– Думаешь, это сейчас самое важное?
– Это как трупы, Фредди. Убрать, чтобы не смердело, и чтобы следов не осталось, – решительно сказал Джонни.
Он пожал плечами. С чего-то же надо начинать. Хотя если подумать, то и кольца, и цепи можно как-то приспособить. А кладовки… мысль хорошая, что и говорить. Полдня они вывинчивали и выдирали кольца в клетушках и рабском бараке, выкопали на задах яму, куда всё это и свалили. Тут же вернулись в Большой Дом и с ходу расшарашили, ободрав стены и пол, комнату для наказаний с цепями, кольцами, плетьми и прочей гадостью, свалили находки в ту же яму и засыпали землёй, а Джонни ещё и снега сверху слегка нагрёб. Нет, не такой он уж наивный дурак, чтобы совсем ни о чём не догадываться. Всё-таки и повидал, и на себе многое из этого арсенала в Уорринге попробовал, но чего Джонни такую горячку порет? А когда закончили, Джонни стал намного спокойнее…
…– Почему ты мне сразу не сказал, что это за имение?
Джонатан быстро искоса посмотрел на него и снова уставился на огонь.