Машина плавно замедлила ход, переезжая через какое-то препятствие, и затормозила. Лязгнула дверь.
– Встать!
С руками, скованными за спиной, перейти из лежачего положения в стоячее сложно. Особенно, когда нет необходимой тренировки. «Как у бывших рабов», – подумал Джонатан, неловко барахтаясь на полу. Ему помогли, ухватив за воротник куртки, поставили на ноги и развернули лицом к двери.
– Выходить. Быстро.
Залитый прожекторным светом двор. Свет бьёт в лицо, не давая рассмотреть окружающее. Тюрьма? На расстрел, во всяком случае, не походит. Пока. Отрывистая непонятная речь, пинки, разъясняющие команды.
– Вперёд… Всем стоять… Не разговаривать… Вперёд…
«Да, это уже ему», – понял Джонатан. Его берут за руку повыше локтя и ведут. Ступеньки, тусклый после прожекторов свет в коридоре, комната, большой стол, снимают наручники… Джонатан невольно охнул от боли в плечах, когда обе руки повисли вдоль тела.
– Имя… Фамилия… Место жительства…
– Джонатан Бредли, лендлорд, имение Бредли, округ Краунвилль, графство Олби, штат Алабама.
– В связи с введением чрезвычайного положения вы задержаны. Поднимите руки.
Джонатан с трудом выполняет приказ. Быстрый умелый обыск. Бумажник, пачка сигарет, зажигалка, поясной ремень, ключи, документы и другая всякая мелочь из карманов шлёпаются на стол и сгребаются в большой пакет.
– Можете опустить. Руки назад. Идите.
Снова коридор, остановка, открытая дверь… Джонатан переступает порог, за его спиной лязгает, и наступает тишина. Мучительно ноет всё тело. Не оглядываясь по сторонам, он подходит к ближайшей койке и ложится. Вот теперь действительно всё. Можно спокойно обдумать и прикинуть… шансы и варианты. Итак…
Задержание. Не арест. Без постановления или ордера, но до трёх дней. Проверка личности и всё такое. Это не опасно. Не очень опасно. Лишь бы Фредди не сорвался. Теперь… что у них криминального? На текущий момент. Оружие. При чрезвычайном положении это очень неприятно. Кольты и пистолеты – личное дозволенное. Это не столь опасно. Три автомата, готовые рожки и цинк с патронами. Это уже хуже. Значительно хуже. Но не смертельно. Запрещено армейское вооружение, а у них полицейское и новенькое, ни разу нигде не засветившееся. Это уже шанс. Обоснование… самооборона, конечно. Что ещё? Одеяла и пуловер. Это побоку. Об этом и спрашивать не будут. Тряпьё всякое, рухлядь. В карманах… Всё законное. Задержание для выяснения личности. А вот дальше… дальше по результатам выяснения. И тут может быть всякое.
Лязгнул замок, и Джонатан невольно, как и трое других обитателей, сел. Вошли четверо. Один деловито стал устраиваться на свободной койне, а трое растерянно топтались посередине, явно не зная, что делать.
– Ложитесь, джентльмены, – доброжелательно предложил Джонатан.
– Пока есть свободные места, – поддержал его один из прибывших ранее.
По одному, по двое заполнялась камера. Фредди не было. Но Джонатан особо на это и не рассчитывал. Их взяли вместе, так что держать должны в разных камерах. Чтобы не сговорились. Тюрьма по европейскому образцу, с глухой стеной и дверью. Так что даже, когда ведут по коридору, не увидишь. Неприятно. Очень неприятно. Лишь бы Фредди не сорвался.
Женя проснулась оттого, что кто-то трогал дверцы кабинок, заглядывая в каждую, и покраснела. Неприятно, когда тебя застают спящей на унитазе. Она быстро вскочила, зачем-то спустила воду и открыла дверцу. Миссис Стоун?
– Ну, слава богу, вы уже в порядке, Джен.
– Да, спасибо, миссис Стоун, – Женя не удержалась: – Как вы сюда вошли?
– Туалет не является секретным объектом, – миссис Стоун раздвинула бледные губы в неживой улыбке. – Вы действительно в порядке, Джен?
– Да, но у вас не найдётся булавки? – Женя смущённо прикрывала двумя руками разорванную на груди блузку.
Миссис Стоун кивнула и достала из кармана своего жакетика маленький футлярчик дорожного швейного набора.
– Пожалуйста, Джен.
– Ой, большое спасибо.
Женя расстегнула жакетик и стала прямо на себе зашивать блузку, стягивая края разрыва.
– Вот, спасибо.
– Пожалуйста, – миссис Стоун убрала футлярчик обратно. – Всё складывается удачно, Джен.