Ларри вышел из корпуса и прислушался. Тихо. Да, пока разговаривал с этим белым, совсем стемнело.
– Далеко собрался, Ларри? – окликнул его, подходя, Арчи. – Привет.
– Привет, – улыбнулся Ларри. – Ну, как там?
– Сказали, можем идти спать, – Арчи зевнул, пришлёпнув себе рот ладонью. – Так ты куда?
– Так, пройтись. Два дня не гулял.
– Ладно, давай, проводи меня.
– Отчего же и нет.
Они не спеша пошли к жилому корпусу.
– Кого привезли, белых?
– Всех хватает. Понимаешь, вчера, ну, когда началось, к нам со всего города и всех подряд тащили, да ещё прятаться прибегали тоже… разноцветные. А теперь из других городов везут, но только тяжёлых, ну, кого сильно поранило или побило.
– Я понял. А что, и белым досталось?
– Н-ну! – Арчи с удовольствием засмеялся. – Мы тоже… отмахивались. Да и до старых добрались, ну, кого в заваруху упустили, старые счёты не ржавеют. Есть и такие, кто просто… под руку подвернулся, а есть кого прицельно отметелили. И тоже со всех сторон и всех цветов. Друг дружку беляки тоже покрошили. И у наших всякое было.
– Тяжело пришлось? – сочувственно спросил Ларри.
Арчи повёл плечами.
– Врачи говорят, в войну хуже было. Ну, вот такая же гонка, но неделю, а то и больше, да ещё бомбят и стреляют вокруг.
Ларри поёжился.
– А сейчас как? В городе.
– Говорят, тихо.
Они уже подходили к корпусу. На крыльце стояло несколько парней, лениво покуривавших одну на всех сигарету. Ларри поздоровался, обменялся парой каких-то незначащих замечаний и ушёл. Чего им мешать? У них свои дела и проблемы, а у него свои.
Значит, обошлось. Может, до имений и не докатилось, и Марк уцелел. Как малыш тогда цеплялся за его куртку, плакал, Мамми силой отрывала. Как он там? Все с родителями, а он один. Мамми обещала присмотреть, но у неё своих двое. Нет, она и раньше никого куском не обделяла, но всё же… своему из своей миски и добавишь. А Марк один.
Ларри вздохнул. Тут ничего не поделаешь. Но осталась всего неделя. Он быстро прикинул в уме числа. Да, его должны выписать седьмого числа. А сегодня… кажется, первое, но день закончен и его можно уже не считать, так что осталось… всего пять дней. Столько он выдержит. Жаль не успел до Хэллоуина купить те две книги. Смотрел, смотрел на витрину, да так и не решился. Книжный магазин на Мейн-стрит, негру могли и не продать. И дорогие к тому же. Считал, считал… а потом махнул рукой и купил себе ещё две рубашки, Марку азбуку и три книжки. Две – картинки почти без слов, а одну – сказки. И на те книги теперь бы точно не хватило. Так что пошёл тратить остаток, не глядя. Нет, главное – инструменты – он купил. А без тех книг он проживёт. Он многое помнит. Справится. И теперь в город совсем не выйдешь. Денег осталось немного. Думал, там конфет Марку и остальной мелюзге, ещё кое-чего по мелочи… Ну, без всего этого тоже можно обойтись. Главное – вернуться в имение.
За этими мыслями он незаметно дошёл до своего корпуса. Поздно всё-таки, пора ложиться спать. Да, а Майкла же он так и не встретил. Занести газету этому… как его медсестра тогда назвала? Да, Кроуфорд. Ну, будет идти мимо и заглянет. Если тот ещё не спит, предложит.
В пятом боксе горел свет. Ларри осторожно постучал и приоткрыл дверь. Кроуфорд, сидя на кровати, пил молоко с пирожным.
– Приятного аппетита, сэр. Извините за беспокойство, сэр, но вы хотели почитать газету.
– Спасибо, – Сидней торопливо прожевал кусок пирожного и улыбнулся. – Положи на тумбочку.
Ларри прошёл в палату и положил газету на тумбочку.
– Приятного вам отдыха, сэр.
Сидней кивнул и повторил:
– Спасибо, – и добавил: – что запомнил.
Ларри пожал плечами.
– Спокойной ночи, сэр.
И уже был у двери, когда Сидней окликнул его.
– Подожди.
– Да, сэр, – обернулся Ларри.
Сидней встал и подошёл к нему.
– Я… я хотел попросить тебя.
– Пожалуйста, сэр.
– Я… плакал тогда, – Сидней судорожно вздохнул. – Как девчонка. И вообще… ты не рассказывай об этом.
– Хорошо, сэр, – кивнул Ларри.
– Я просто… – Сидней оборвал фразу, пытливо глядя в лицо Ларри. – Ты ведь всё понимаешь. Мужчине стыдно плакать, я знаю…
– Нет, – перебил его Ларри. – Нет, сэр. В этом нет стыда.
Сидней по-прежнему смотрел на него, и Ларри продолжал:
– Я видел, как плачут. Мужчины. Это не стыдно, сэр. Значит, ещё не всё кончено, ещё… не так плохо. Когда не можешь плакать… – и уже Ларри оборвал себя.