– Когда говорят, то проговариваются. Золотые слова, Джонни. Теперь к этому… отцу Джордану?
– Обойдёмся, – мотнул головой Джонатан. – Вряд ли он что добавит. Давай в церковь для цветных. Выяснил, где она?
– Представляю, – Фредди вывернул в проулок. – Джен и девочка живы, и в безопасности. Если верить этой психе.
– Есть варианты? – холодно спросил Джонатан, закуривая.
– Надо узнать об Эркине и Эндрю и рвать когти.
– А Бобби?
– Само собой. В морг ещё.
– Да, вдруг опознаем.
– Забрать сможем, Джонни?
– В Овраге они лежать не будут, – отрезал Джонатан.
– Морг ближе, Джонни.
– Заворачивай.
Фредди молча кивнул, вписывая грузовичок в поворот.
Крис бесшумно открыл дверь и вошёл в свою комнату, сел к столу и посмотрел на спящего. Ты смотри-ка, так и спит на боку, даже подушку руками обхватил. И плачет, что ли? Тогда надо будить по-тихому. А то испугается. Крис осторожно кашлянул, пошаркал ногами по полу.
Эркин сквозь сон почувствовал чьё-то присутствие рядом и разлепил веки. Где он? А, вспомнил. Пора уже, что ли?
– Пора?
– Нет, – Крис покачал головой. – Тебе снилось что-то?
– Снилось, – Эркин вытер мокрое лицо о подушку, повернулся на живот и приподнялся на локтях. – Это твоя комната, что ли?
– Да.
– Один живёшь, хорошо, – у него закрывались глаза, и Эркин со вздохом уронил голову. – Я посплю ещё.
– Спи, – согласился Крис.
Да, одному жить хорошо, никто не видит тебя, когда ты плачешь ночью или просыпаешься в холодном поту от страха, и никто не мешает сидеть всю ночь, рассматривая взятый у доктора Юры анатомический атлас, и никто не знает, когда ты приходишь и уходишь… Да, одному хорошо. Когда вот так выплачешься в подушку, то потом спишь спокойно, потому что прошлое отпустило, и ты можешь жить дальше. Как ни в чём не бывало… Крис уронил голову на руки и застыл так.
Кто-то осторожно приоткрыл дверь. Крис повернулся на звук и увидел Эда. Приложил палец к губам. Эд понимающе кивнул и постучал пальцем по левому запястью. Крис замотал головой и сделал жест, которым спальники обозначали, что до конца смены ещё есть время, но всё-таки встал и подошёл к кровати.
– Эй, парень.
Эркин вздрогнул, перекатился на спину, открыл глаза и рывком сел.
– Пора?
– Пора, – кивнул Крис.
В комнату вошли Эд, Клайд, Люк, Майкл, ещё парни… Кто-то положил на кровать выстиранные и высушенные вещи Эркина. Он потянулся к трусам, но Крис, уже слыша знакомые шаги доктора Юры, переложил всю стопку на подоконник.
– Ты чего? – вскинул на него глаза Эркин.
– Доктор Юра уже идёт. Посмотрит он тебя, тогда и оденешься.
– Та-ак, – зло сощурил глаза Эркин.
Сразу загудело несколько голосов:
– Да ты чего… Он не простой доктор… во мужик… всё про нас знает… когда горели, вытаскивал…
Аристов вошёл в комнату и поздоровался. Ему ответили весёлым приветливым гомоном. Сидя на кровати, Эркин недоверчиво смотрел на усаживающегося у кровати белого в очках и врачебном халате. Врачам Эркин никогда не доверял. Но… но парни говорят, что этому можно.
– Ну, здравствуй, – улыбнулся Аристов. – Поел, поспал, теперь и поговорить можно. Так?
Помедлив, Эркин осторожно кивнул.
Аристов с улыбкой смотрел на сидящего перед ним индейца. Ноги и живот прикрыты одеялом, мускулистые руки свободно лежат на полусогнутых под одеялом коленях. Но это спокойствие сжатой пружины. Настороженные недоверчивые, но не злые глаза.
– Мне надо осмотреть тебя, – спокойно сказал Аристов.
Эркин обвёл глазами толпящихся вокруг парней. Они с улыбками закивали ему. Вдохнул и медленно кивнул:
– Раз надо, чего ж трепыхаться.
Аристов улыбнулся, доставая стетоскоп.
– Послушаю тебя для начала. Знаешь, что это?
– Знаю, сэр, – ответил Эркин, вздрагивая от прикосновения металлического кружочка к телу.
– Так, хорошо. Дыши. Не дыши. Повернись спиной. Не дыши. Всё. Здесь у тебя полный порядок. Жалобы на здоровье есть?
Эркин замотал головой. С той секунды, как Аристов достал стетоскоп, в комнате наступила полная тишина. Парни замолчали, как выключенные. Опоздавшие толпились в дверях, не заходя в комнату.
– Хорошо. Теперь ляг на спину.
Крис, перегнувшись через спинку, ловко убрал к стене одеяло.
Эркин лёг, привычно закинул руки за голову и слегка развёл ноги.
Аристов свернул и убрал в карман халата стетоскоп, встал и привычно наклонился над распростёртым телом.
Сначала брюшную полость, чтобы успокоился. Разумеется, полный порядок…