Эркин посмотрел на него и кивнул.
– Она ко мне в Цветной пришла. А там… Маша с Дашей, они русские, сёстры, – он улыбнулся, – близнецы. Они из угнанных. Ну вот, Алиса у них. Я им деньги все отдал, документы.
– Они там, в Джексонвилле? – спросил Аристов.
– Они тоже уехать хотели. Им вот-вот виза должна была прийти. Нет, они Алису не бросят, не таковские.
– Даша и Маша, – задумчиво повторил Аристов. – А фамилия как?
Эркин растерянно заморгал.
– Не знаю, сэр, я не спрашивал.
– А как же ты будешь их искать? – удивился уже Аристов.
– Я… я не думал об этом. Вы думаете, сэр… я думал, нас расстреляют. Все так думают.
Аристов улыбнулся.
– Нет, я думаю, никакого расстрела не будет. Вы же защищались.
– Ну да, доктор Юра, – подался вперёд Крис. – Может…
– Я же сказал, – Аристов недовольно повёл головой. – Нет, как же тебе… Так, значит, документы у них. И твои, и девочки. Так?
– Так, – кивнул Эркин, с надеждой глядя на Аристова.
– А по документам девочку как зовут? Полностью.
– По метрике? Мороз Алиса Эркиновна, – ответил Эркин и, увидев изумление Аристова, стал объяснять. – Мы же уехать хотели, все документы оформили: и удостоверения, и свидетельство о браке, и метрику.
– Вот это вы молодцы! – сказал Аристов. – Вот и будешь все запросы писать на полное имя. Что ищешь дочь, – и по-русски: – Мороз Алиса Эркиновна, сто шестнадцатого года рождения, место рождения…
– Алабама, – подхватил Эркин и продолжил по-русски: – Я понял. Спасибо, доктор Юра.
– Юрий Анатольевич, – поправил его Крис. – По-русски так будет.
– Да, – кивнул Эркин. – Спасибо, Юрий Анатольевич.
И разговор снова пошёл беспорядочно и торопливо. Времени-то совсем мало осталось.
Когда они вышли на улицу, Фредди длинно замысловато выругался и закурил. Джонатан взял у него зажигалку, закурил и сунул её обратно карман куртки Фредди.
– Психованный город, – Фредди сплюнул и снова выругался.
Джонатан кивнул. Морг, конечно, не самое весёлое заведение, но такого… И самое поганое – это, конечно, те чёрные обугленные… Головешки. Попробуй опознать. И вдобавок ко всему их и здесь облаяли…
… Закатанные рукава когда-то белого халата обнажают мускулистые руки в медно-рыжей шерсти, такие же рыжие волосы топорщатся жёстким ёжиком над нахмуренным низким лбом, красные от недосыпа и ярости глаза… Мясник.
– Что вам надо?
– Мы ищем своих друзей. И если они здесь, то мы позаботимся о похоронах.
– Лучше бы вы позаботились об их жизни.
– Послушайте, – Джонатан начал терять терпение и потому заговорил с изысканной вежливостью. – Не знаю, с кем имею честь…
– Я тоже, – перебил его врач. – И не желаю знать. Хотите убедиться, что ваши подручные не бездельничали?
– Какого чёрта?! – не выдержал Фредди.
– А такого! – заорал врач. – Явились… чистенькие… а где вы раньше были? Где?! Сидели и коньячком баловались?!
– Сидели, – не стал спорить Фредди.
Мясник бешено поглядел на него и махнул рукой.
– Идите, – и гаркнул: – Моз! Проводи их. Пусть посмотрят. Полюбуются.
Сутулый широкоплечий негр в синем халате поверх рабской куртки повёл их к моргу. На все попытки заговорить он только молча втягивал голову в плечи, но, подойдя вплотную к низкому домику со слепыми окнами, глухо спросил:
– Кого смотреть будете, масса?
– А что? – осторожно спросил Джонатан. – Они у вас как?
– А вперемешку, – прозвучал равнодушный ответ. – Навалом клали, масса.
– Так чего спрашиваешь? – хмыкнул Фредди.
– Положено, масса.
Моз открыл дверь, они вошли и спустились в зал. Да, клали навалом, не разбирая ни расы, ни пола, ни возраста. Здесь было холодно, на стенах и на телах изморось, и кровь не чёрная, а ярко-алая. Они шли и смотрели. И Моз, стоя у дверей, молча смотрел на них. Они обошли весь зал. Ни Эркина, ни Эндрю. Хотя… хотя могли и не узнать.
– Может, их свои уже забрали? – предположил Фредди.
– Свои? – переспросил Джонатан.
– Ну, из Цветного, – Фредди подошёл к Мозу. – Слушай, не было двоих? Индеец со шрамом на щеке и белый парень, кудрявый… А? Припомни.
В щёлочках между сонно прижмуренными веками блеснули глаза и опять спрятались.
– Вы ещё там посмотрите, масса, – он указал на маленькую дверь в углу.
– А там что? – подошёл к ним Джонатан.
Моз пошёл к угловой двери.
– Второй зал, масса.
Этот зал был меньше. И трупов немного, но… но это были чёрные, сохраняющие форму тел, головешки. Опознать… Нет, невозможно. Они молча стояли посередине и оглядывались. И Моз, всё так же стоя у двери, смотрел на них.