– Ага, точно.
– Куртки синие когда, это угнанные.
– А у мэрилендских ни одного.
– Их проблемы.
– Меченый, не подслушал чего?
– Нет, они о своём говорили, я и половины не понял.
– Ну и ладно.
– Домой приеду… Завалюсь…
– Со своей, что ли?
– Могу и с твоей, коль самому нечем…
– Ага, его не убудет…
– Ща я т-тебя…
– А ну сядь, сам напросился!
Мартин усмехнулся и, поймав взгляд Эркина, сказал:
– Всё нормально. Мы, когда из плена ехали, об этом же… мечтали. Гадали. Дождалась, не дождалась.
Эркин кивнул. Ему гадать не о ком, но… но это уже его проблема. И отгоняя ненужные сейчас мысли, спросил:
– Вернёмся, ты что делать будешь?
Мартин пожал плечами.
– Не знаю. Посмотрю, а так-то… уеду, наверное. Что мне здесь теперь?
– Бросишь всё?
– Что смогу, продам, – у Мартина зло дёрнулась щека. – Если осталось что.
– А ты что, один? – осторожно спросил Эркин.
Мартин угрюмо кивнул.
Как всегда, в дороге Эркина стало клонить в сон – рабы всегда отсыпались при перевозках – он закрыл глаза и задремал. Рассыпался и затих разговор. Не спали только сидевшие у заднего борта и рассматривающие дорогу.
Золотарёв и раньше знал, что от генерала ничего не укроешь, но такого… И когда этот старый чёрт успел всё разнюхать? Ну, кто настучал, понятно. Аристов, больше некому, всего-то ничего от своего кабинета до генеральской палаты дойти. Чёрт, ведь никто не подставлял, сам вляпался, по уши, но от этого ещё обиднее. Вот так пойдёт невезуха полосой, и ни черта ты не сделаешь.
Вчера, закинув этого чёртова индейца в тюрьму, он узнал кучу неприятных новостей. Вот с этого момента и началось…
– Майор, тебя тут из Колумбии разыскивали. Телефон оборвали.
– Ага, спасибо. Слушай, кто со Стормом работает?
– Уже никто. Всю джексонвиллскую верхушку затребовали в Колумбию.
Он даже растерялся на минуту, не в силах сообразить, кто же это так рьяно взялся. Сразу распрощался и понёсся в Колумбию. Свиридов выжимал из машины всё возможное, но ему не нравились осторожные искоса взгляды шофёра. Если сержант видел его кулачные упражнения, то… хотя это не так уж важно, и покруче закидоны сходили с рук, если был результат. Вот в чём дело! Результата нет. Впопыхах он так и не посмотрел, что там накропал по индейцу желторотик. Хотя… да нет, ничего ценного индеец сказать не мог, если вообще что-то говорил. И рапорт желторотика… – обидно, но не смертельно. И опять… был бы результат, всё бы не только сошло, а в заслугу бы поставили, а теперь… В Колумбии он с ходу отправил Свиридова отдыхать и получил от дежурного, как кулаком… под дых или в лоб, хотя без разницы…
– Прибыть к генералу в госпиталь завтра в семь пятнадцать.
Он автоматически расписался в получении предписания и неофициально спросил:
– А что, Старик уже к выходу готовится?
И получил:
– А он здесь сегодня с утра разгон давал, – дежурный посмотрел на него красными от усталости глазами и улыбнулся. – Нагрянул с утра и… вкатил всем скипидару в одно место. Вот и вертимся.
– А сейчас он где?
– Уехал.
Он кивнул.
– Спасибо. Машину мне на четыре вызови.
Дежурный кивнул, делая пометку в путевом листе. А он побежал к Спинозе. Что Бешеного с командой куда-то отправили, он уже знал. А Спиноза должен быть на месте. Так и вышло. Спиноза сидел у себя в кабинете, обложившись папками и картотеками.
– Ага! – очки Спинозы насмешливо блеснули. – Тебя тут уже в розыск объявили.
– Проворачивал одно дело. Слушай, неужели Старик вышел? Ему же, говорили, ещё месяц на реабилитацию.
– А он уже. В полной боевой, – усмехнулся Спиноза. – Готовься к головомойке, Коля.
– У начальства этого добра на всех навалом, – улыбнулся он, подсаживаясь к столу. – Рвёт и мечет?
– Хуже. С улыбкой и на вы.
– Значит, как всегда, – он понимающе кивнул. – А я ему зачем?
– Завтра в семь пятнадцать получишь исчерпывающие инструкции, – хмыкнул Спиноза.
Он поглядел на часы.
– Уже сегодня. Что интересненького?
Спиноза устало потёр лицо ладонями.
– Сашка взял «колумбийского палача». Старик его сегодня потрошил.
– Ясно.
– «Палач» был личным телохранителем Ротбуса, – он присвистнул. – Во-во, Коля. Остатки Белой Смерти прибежали к нам в слезах и соплях спасаться от этого палача.
– Ни хрена себе…! Я думал, просто грабитель.
– Он ни в одном доме не то что нитки, крошки хлебной не взял, но, – Спиноза усмехнулся, – но и в живых никого не оставил. Включая грудных. Верхушка Белой Смерти, генералитет СБ и ещё… Ну, тут ещё надо отследить закономерность. Гулял парень, себя не жалея. Старик им сам занимается.