Но сейчас по галёрке гулял сдержанный гул голосов — собравшиеся не могли сдержать чувств в ожидании развязки. Она уже была близка: терпкий запах крови и выпавших внутренностей доносился с круглой арены, где деревянными заострёнными кольями сражались обнажённые юноши, самому старшему из которых было от силы двадцать лет. В начале боя их было три десятка — лишённые жизни вне битвы, часто похищенные из родных домов ещё в юности и обученные сражаться на потеху аристократам. Но в эту конкретную яму смерти отправлялись лишь те, кто прогневал своих патронов — попыткой побега либо чем-то иным.
Опьянённые отварами, превращающими людей в кровожадных берсерков, они рвали друг друга уже добрых двадцать минут, словно дикие звери, без всякой структуры или организации. Без жалости и пощады. Напоминая скорее свежевателей. Вся обширная круглая арена, окружённая высокими деревянными стенами, была завалена их телами. Многие ещё были едва живы — крики и стоны умирающих услаждали слух собравшихся. Вцепившись в кресла, благородные господа горящим взором наблюдали за симфонией мучений, не упуская из виду предсмертную агонию, выпущенные наружу и волочащиеся по алому песку внутренности и искажённые страданиями лица. Для этих эстетствующих и пресыщенных чудовищ, происходящее было сродни прекрасной музыке.
Воистину, за демоническими масками скрывались люди, куда больше похожие на демонов, чем раскрашенный бархат, что их изображал. Потянувшись к своей спутнице, стоящей рядом, Лифект Гофард, заметив, что девушка нетвёрдо стоит на ногах, осторожным, галантным жестом поддержал её за предплечье и, склонившись к уху, произнёс:
— Вам не нужно было сюда приходить, леди Грейсер.
— Её Величество настояла. Я должна увидеть изнанку нашей знати и мира, — с трудом перебарывая тошноту, ответила девушка, стараясь звучать спокойно.
— У нас суровая госпожа, — Гофард помог девушке присесть в удобное кресло.
— Она справедлива и не требует от других больше того, что готова сделать сама, — уверенно ответила фрейлина. — Но полно об этом. Ваш человек уже вышел на связь?
— Передал записку. Хозяин мероприятия очень заинтересован в продолжении сотрудничества с моим домом. Смерть отца нанесла удар по его бизнесу, посему он согласился на личную встречу со мной. Сразу после того, как закончится это… мероприятие, — Лифект бросил взгляд на арену. Прошедшего осаду Равен барона сложно было удивить кровью. Но он был возмущён до глубин души. — Какая напрасная и бессмысленная трата людского ресурса, — прошипел он.
На арене к этому времени в живых остались лишь двое — самых удачливых, самых сильных и безжалостных. Оба были ранены, истекали кровью, а воздействие эликсира уже начинало заканчиваться, потому бойцы медленно кружили друг напротив друга. Крепкие парни с тёмными волосами были очень похожи — на их оскаленных лицах уже начинало проступать понимание собственной судьбы и отчаяние.
Наконец, вскрикнув, тот, что казался немного посвежее и помоложе, подскочил к раскрывшемуся противнику, почему-то опустившему оружие, и пронзил грудь заострённым колом. Они оба рухнули. Вопящий юнец ещё несколько раз вонзил оружие в залитое кровью, агонизирующее тело, окинул диким, растерянным взглядом арену, где он остался один. А затем его глаза, в которых наконец зажглось человеческое, остановились на лице последнего убитого. Протянув трясущиеся руки, парень обхватил лицо мертвеца, оставшееся почти нетронутым, и, покачиваясь на месте, завыл с нечеловеческой тоской в голосе.
— Какая невероятная развязка! — прогремел над ареной хорошо поставленный голос. — Жаркий бой подходит к концу, и что же обнаруживает единственный выживший? В пылу схватки, ослеплённый яростью, он убил собственного брата! Какая же нелёгкая и страшная судьба. Что же сейчас ожидает нашего героя? Награда или встреча с мёртвым родичем?
Люди на балконах зашелестели шёлком и бархатом, в их руках появились таблички, на которых они писали: жизнь и смерть. Когда те были вскинуты вверх и сочтены, ведущий с наигранным страхом в голосе произнёс:
— Молодой воин был столь поглощён своим горем, что не заметил, как на поле боя успели опуститься сумерки. Проснулись кровожадные твари, рыщущие во тьме! Сможет ли он избежать их когтей и клыков?