- Это он тебе сам рассказал? – я заметила секундную паузу, но рука Линн продолжила размазывать мазь.
- Нет. Она пришла на днях на площадку по какому-то срочному вопросу.
- Ну что за неугомонная девица! Позволяет себе столько, словно что-то сама может, – раздражение прорвалось в её голосе.
Закончив втирать лечебное средство, она встала с кровати. Я же надела подготовленную заранее кремовую ночную сорочку и присела на колени. Пока Линн собирала все свои скляночки и баночки, я смотрела на неё.
- Линн, кое-что ещё… Ты говорила, что завтра будет обычное празднество и ничего особенного. Но это ведь какой-то важный день для вас?
Из распахнутых окон вновь донеслись радостные голоса горожан. Уже вторую ночь город гуляет так громко и распевает разные песни в унисон.
Услышав этот вопрос от меня, Линн расплылась в улыбке. Она засмотрелась в окно и, заправив рыжую прядь за ухо, о чём-то задумалась.
- Наш народ чтит и уважает все традиции и празднества предков. День вечности отмечается каждый год, и его мы празднуем по-особенному. Подготовка занимает несколько месяцев. А гуляния начинаются аж за неделю до самого праздника. Принято считать, что в этот день все народы становятся едины и предки благословляют всех нас на целый год, – закончив собирать свои вещи, Линн продолжила рассказ. – Но раз в десять лет правитель проходит специальный ритуал, дабы подтвердить свою власть и успокоить горожан. Завтра будет ровно десять лет с прошлого ритуала.
- Ритуал? – обхватив колени, я стала слушать ещё внимательней.
- Да. Это очень древний и, я бы сказала, что даже жестокий ритуал. Проходя сквозь боль и муки, он подтверждает своё право на власть. К сожалению, он должен доказывать это постоянно своей кровью.
- Так значит завтра Кай… - слова застряли комом в горле.
- Да, ему будет несладко. Но таковы традиции.
«Меня тешит мысль о том, что этот паршивец завтра будет мучиться. Ведь он того заслуживает. Но легче от этого не становится».
Линн замерла посреди комнаты, практически готовая уйти. Но рассматривая что-то под своими ногами, она вдруг вновь заговорила. Да так быстро, будто кто-то мог прервать её в любой момент.
- Аннеит, я знаю, что тебе необходимо сделать дома. Просто хочу, чтобы ты осталась жива.
Её фраза дошла до меня не сразу, ведь я уже прекратила её слушать. Но всё же я смогла вернуться в реальность и перевести взгляд на Линн Барр.
- Когда мы искали тебя, то думали, что всё будет гораздо проще и мыслили только лишь логически. Но когда увидели, стали жить под одной крышей и общаться ближе… Мне очень жаль, что я не смогла стать для тебя поддержкой. И я понимаю, что твоего доверия не заслужила. Но хочу, чтобы ты знала, что я волнуюсь за тебя.
Я заметила, как прозрачная слеза стекла по её узкому подбородку. Лишь кивнув в ответ, я сдержала вновь нахлынувшие эмоции.
- Я благодарна тебе за всю заботу, искренне, – я нервно прикусила губу. – Я правда хотела бы довериться тебе. Просто так вышло, что ваш правитель слабоумный.
Расплывшись в улыбке, я прищурила глаза.
- Эх, ты неисправима! – смахнув слезу с подбородка, Линн улыбнулась в ответ.
- Доброй ночи, Линн Барр.
- Доброй ночи, Аннеит Селия! – изобразив шуточный реверанс, девушка направилась к выходу. – Выспись как следует. Завтра будет тяжёлый день.
С каждым днём опустошённость получала власть над всё новыми участками моей души. Вот и сегодня я осознала, что практически ничего не чувствую. В моей жизни осталась одна единственная задача: узнать обо всём, что от меня скрыли, и вернуть свои воспоминания.
Музыка и песни ещё долго доносились до моих ушей. Но максимально уставшая и измотанная тренировками под палящим солнцем, я довольно быстро провалилась в сон. Но будь неладен весь мир! Даже в сонном царстве я не смогла отыскать покой.
Стоя посреди зала, я словно в реальности ощутила его руки на своей талии. Приятная мелодия и взволнованные голоса остались где-то очень далеко, превратившись в фон. А его чёртовы глаза, такие тёплые и счастливые, были прикованы к моим. И тела наши двигались в чарующем танце. Мы кружились в такт музыке и словно плыли по залу. Кай держал меня крепко, прижимая к своему мощному телу. Страх и боль остались где-то очень-очень далеко, а на смену им пришло ощущение защищённости и какого-то уюта. В одно мгновение его лицо приблизилось настолько близко, что я ощутила его горячее дыхание на своих губах. А вот то, что произошло дальше, породило волну мурашек по смертному телу. Ведь наши губы слились в поцелуе на глазах у сотни зрителей.
Подскочив на кровати из-за участившегося сердцебиения и жадно глотая воздух ртом, я постаралась привести свои мысли в порядок.