Амелька замерла, будто не сразу сообразила, кто её держит. Юлька обняла её за плечи и потянула к скамейке у угла корпуса.
— Ну? Садись. Дыши. Плачь, если надо. Сигу хочешь?
Амелька села, сжалась, отвернулась — и вдруг уткнулась в ладони и разрыдалась. Беззвучно, трясущимися плечами.
Юлька только выдохнула:
— Блин, всё понятно. Рассказывай. Всё рассказывай, мать его.
Как считаете Юля сможет помочь или ей все равно будет на Амельку ?
4 глава
Прошла неделя. Уже неделя, как они оформили заказ на те самые кошельки.
И... тишина.
Ни коробки, ни извещения, ни даже смс от службы доставки. Просто пустота.
Андрей вёл себя спокойно, даже слишком.
— Такое бывает, — пожал он плечами, когда она снова подняла тему. — У меня в прошлый раз вообще заказ месяц шёл. Китай, сам понимаешь. Ничего страшного. Подождём.
Он улыбался, как будто всё было под контролем.
А у неё внутри что-то зудело. Тревога копилась, глухо пульсируя в груди.
Инвестор — тот самый, который дал им деньги на старт, — сначала молчал.
А потом начал писать.
Сначала вежливо. «Как дела?»
Потом чуть настойчивее: «Как продвигается бизнес?»
А вчера вечером — прямо, в лоб: «Где товар?»
Эти сообщения приходили ей. Ей, не Андерею.
Сначала она просто скриншоты отправляла ему.
Потом — пересказала по телефону.
И вчера — прямо во время видеозвонка с мамой — пришла очередная смс от него.
Коротко. Холодно. Напряжённо.
Она не успела даже дочитать, как глаза сами по себе опустились вниз. Мама заметила.
— Амелия, с тобой всё хорошо? — спросила мама.
Она кивнула, соврала. Потом отговорилась усталостью.
Сегодня утром она снова пошла на пары. Сухая во рту.
Перекинулась с Андреем парой слов, показала сообщение.
Он усмехнулся:
— Ну а что? Сто штук — это не шутки. Конечно, человек переживает. Но это нормально. У всех бывают задержки. Главное — не паниковать.
Он снова был слишком спокойным.
А ей — было страшно.
Первая пара шла вяло. Лектор что-то монотонно читал с листа, а Амелька склонилась к Андрею и, сверля его взглядом, шептала:
— Ты звонил продавцу? Ну что с заказом?
Андрей даже не повернул головы, только хмыкнул:
— Ой, ну что ты начинаешь? Всё будет нормально. Такие задержки — дело обычное.
Но ей не нравилось это «всё нормально». Её внутренний голос, то самое женское чутьё, уже давно бил тревогу. Что-то было не так. Она чувствовала это каждой клеткой. Кошельки не пришли, инвестор стал активнее писать, и вчера вечером он впервые написал ей. Спросил прямо, без прикрас — как продвигается дело и когда ждать результат. Она соврала, конечно. Улыбнулась на видеосвязи с мамой, а внутри всё сжималось от страха.
После пар она поймала Андрея возле корпуса. Зажала его между стеной и мусоркой — чтобы не сбежал, не отговорился.
— Звони. Прямо сейчас. Или мне возвращать сто штук, или ты мне показываешь товар. — Она почти не узнавала свой голос — он был твёрдым, чужим.
Андрей раздражённо дернул плечами:
— Деньги я взял под твое имя. Официально. Так что формально должен ты, точнее — ты. Ответственность на тебе.
Её как обдало холодом. Она замерла, не сразу нашлась с ответом.
— Что значит «на мне»?! Ты же нашёл этого поставщика, ты всё организовал, я даже не знала, с кем ты договариваешься!
— Ну да. Но оформлялось-то всё через тебя. Под твою карту, на твои данные. Так спокойней было, помнишь?
Амелька смотрела на него как на незнакомца. Земля будто под ногами поплыла.
— Звони, — процедила она сквозь зубы.
Он нехотя достал телефон, набрал. Включил громкую связь.
— Алло, это по поводу заказа… Да, тот, что мы оформляли неделю назад.
Голос на том конце был вежливый, без эмоций:
— Вы же отменили его. Получили письмо с отменой. Деньги, кстати, не были возвращены. Хотите заново — оплачивайте ещё раз. Только тогда отправим.
Андрей глянул на неё, будто хотел сказать «ну вот, видишь?», но она уже стояла как камень, бледная. Словно внутри всё лопнуло.
Ошибка с заказом. Письмо об отмене. Деньги не вернули.
Она знала одно: этот кошмар только начинается.
Именно её опасения подтвердились.
Андрей смотрел прямо — с тем самым холодным, отстранённым выражением, будто он к ней и пальцем не прикасался, будто не было ничего. Ни дружбы, ни разговоров до рассвета, ни того дня в клубе. Будто она — просто случайная, мимолётная, незначительная. Как будто он её никогда и не знал.
— Хочешь товар — подожди. Не хочешь — не моя проблема. Деньги не под моим именем, так что выкручивайся как хочешь, — произнёс он спокойно, почти лениво, словно обсуждал погоду, а не её жизнь.