— Господи, — прошептала она. — Что же делать-то?
Она снова посмотрела на деньги. И аккуратно сложила купюру обратно. Не выкинула. Не потратила. Просто спрятала глубже в сумку. Как будто пыталась запереть эту мысль.
Пока что.
5 глава
Сумка с продуктами тяжело оттягивала руку. Амелия шла по тротуару, глядя под ноги, механически переставляя шаги. В голове крутилась мешанина из мыслей: мамина грусть, десятка от Юльки, голос Андрея в голове, как он обещал, что «всё схвачено».
Визг тормозов разрезал улицу.
Чёрная, блестящая машина остановилась рядом. Дорогая, вся глянцевая, как с витрины. Из салона вышел мужчина — высокий, с короткой стрижкой, в чёрном пальто и с тёмными глазами, которые она помнила до дрожи. Инвестор. Тот самый, кто «одолжил» им деньги с таким лёгким, почти дружеским видом.
— Эй, — сказал он резко. — Сюда иди.
Она замерла. Он подошёл сам, грубо схватил её за локоть, распахнул заднюю дверь и втолкнул её внутрь. Машина тут же тронулась.
Амелия прижала сумку к груди. Он смотрел на неё, как хищник. Словно проверял, сколько у неё в крови страха.
— Где он? — начал он тихо. — Где Андрей?
— Я не знаю, — выдохнула она. — Он…
— Да ты мне сопли не жуй! — рявкнул он, и тут же хрястнул её кулаком по лицу.
Голова дёрнулась вбок. В ушах зазвенело. Щека вспыхнула болью. Она зажала рот, чтобы не вскрикнуть.
— Я ему дал деньги. Я вам дал деньги, — произнёс он, почти рыча. — Он должен был отдать мне всё с прибылью. Ты забыла, сучка?
Она молчала. Воздух в салоне стал вязким. Он дышал часто, зло, пальцы сжимались в кулаки.
— Где мои деньги, а? — Он нагнулся ближе, его голос стал тише, опаснее. — Ты хочешь, чтобы я начал искать твою мать? Или тебя начнут искать?
Амелия чувствовала, как сжимается живот. Паника подступала комом к горлу. Она покачала головой.
— Я не знаю… — прошептала она. — Он не выходит на связь, он…
— Найди. Его. Деньги. — Каждое слово — как гвоздь. — У тебя неделя. Потом я вернусь. И тебе будет очень больно.
Он распахнул дверь и выкинул её почти в движение. Сумка ударилась о бордюр, овощи покатились по дороге. Амелия упала на колени, ударившись ладонями об асфальт. Машина рванула с места и исчезла за поворотом.
Она осталась на тротуаре — с разбитым лицом, выбитыми из рук продуктами и гулом в голове.
Она сидела в подъезде, прямо на холодной бетонной ступеньке. Коленки поджаты, руки дрожат. Телефон в пальцах — как пустая надежда. Она снова и снова пыталась набрать номер Андрея — тот самый, который знал, как «всё устроить», как «всё разрулить». Бесполезно. Гудки. Потом тишина. Потом — «абонент временно недоступен».
Паника подступала тошнотворной волной. Сердце стучало где-то в горле. Хотелось выть. Орать. Но вместо этого — только дрожащий выдох.
Сергей.
Теперь у страха было имя. Сергей. Инвестор. Не просто мужчина в дорогом пальто, а человек, который выкинул её из машины, ударил кулаком по лицу и дал неделю. Неделю на то, чтобы найти десятки тысяч, которых у неё не было и никогда не будет.
А если не найдёт? Если он действительно найдёт её мать?.. Или — её саму?
К ментам не пойдёшь. Сама деньги брала. Подписи, слова, уши на макушке — всё было. Да и кто поверит, что она не знала? Что просто «поверила парню»?
А ведь ещё мама. Её голос в телефоне. Усталая, но добрая. Спросила, не простыла ли Амелька, как у неё дела с учёбой… А она, дура, соврала, что «всё хорошо».
Нет. Ничего не хорошо.
И как вишенка на этом чёртовом торте — Андрей. Его лицо всплыло в памяти. Хмельной, самодовольный. Она — в полуобмороке, в коротком платье, в чужом доме, в чужой комнате. Пьяная. Размазанная. Беспомощная.
А он — склонился над ней, шепча: «Тсс… не бойся, мы же вместе…»
Грудь сдавило. Слёзы побежали по лицу сами собой.
Она вытерла их рукавом и резко открыла телефон.
— Юлька… — шепчет она себе. — Только не молчи…
Набрала её номер. Тот, что отразился в истории звонков. Одно кольцо. Второе.
— Алло? — Юлькин голос был как спасательный круг.
— Юля… — всхлипнула Амелия. — Помоги мне… Пожалуйста…
— Пиши адрес, — коротко сказала Юлька в трубке.
Без вопросов, без сочувствия. Тон, от которого по спине пробежал ток. Амелия с дрожью написала свой адрес в мессенджере и через сорок минут услышала звонок в дверь.
На пороге стояла Юлька — уверенная, ухоженная, в дорогом пальто, с бутылкой вина и аккуратной коробкой сладостей. Будто к подруге на девичник зашла, а не вытаскивать кого-то с края.
— Жить будешь? — спросила она с лёгкой усмешкой, проходя внутрь.
Они устроились на кухне. Вино плеснулось в стаканы. Амелия держала его, как спасательный круг.