— Мы выберемся, — сказала Зоя. Тихо, как констатацию.
— Выберемся, — отозвалась Амелия, и впервые за долгое время эти два слога прозвучали не как молитва, а как обещание.
Снаружи кто-то засмеялся — чисто, звонко. Вечер густел, окна кафе золотились. Амелия подняла взгляд — и поймала в стекле своё отражение: усталые глаза, но в них — огонь. «Я боюсь, — честно сказала она себе. — Но теперь я — не одна». И это было как вдохнуть после долгой задержки: лёгкие расправились, плечи опустились, и на секунду ей стало почти легко.
Они договорились о деталях, допили чай, спрятали визитки глубже, чем обычно. На выходе колокольчик снова звякнул — уже как обещание, а не тревога. Воздух на улице был прохладный, пах мокрым асфальтом и тёплым хлебом из соседней булочной. Амелия подтянула шарф к подбородку и почувствовала, как под пальцами стучит пульс — ровно, живо, уверенно.
В кармане лежал номер Риты. Не как страшная кнопка SOS, а как инструмент. И у неё, наконец, появился свой ритм: шаг — вдох — решение. Шаг — выдох — план. И где-то очень далеко, но уже различимо, проступала тропинка наружу.
Они буквально ворвались в её кабинет — шумной, взбудораженной толпой, от толчка дверь ударилась о стену. Луиза подняла глаза от бумаг и замерла на секунду, а потом усмехнулась. В её взгляде не было ни капли удивления — только холодное любопытство.
— Вот так вот, значит? — протянула она лениво, закуривая сигарету прямо у себя за столом. — Решили дружно рога мне наставить?
— Нам всё известно! — выпалила одна из девчонок. — Ты нас снимала! Без права, без разрешения! Ты нарушила все границы!
Амелия шагнула вперёд, руки у неё дрожали, но голос звучал твёрдо:
— Мы хотим, чтобы ты отдала флешки. Чтобы уничтожила все записи.
Взгляд Луизы скользнул по ним — от одной к другой, будто она выбирала, кого первой раздавить. Потом она медленно выпустила струю дыма и хрипловато рассмеялась.
— Господи, какие вы наивные. Думаете, попали в сказку? Или вам кажется, что эскорт — это про любовь и свободу? — она резко встала из-за стола. — Вы для меня — товар. И любой товар должен быть подконтрольным.
— Но ты не имела права… — попыталась вставить Кристина, но Луиза её перебила:
— Права? — она ударила ладонью по столу так, что одна из папок упала на пол. — Права я сама себе создаю! У меня на каждую есть материалы. Фото. Видео. Скриншоты переписок. И не сомневайтесь — если хоть одна из вас попробует дёрнуться, пойти в полицию или, не дай бог, заговорить, эти материалы окажутся у ваших родителей, мужей, детей, работодателей.
В кабинете повисла мёртвая тишина. У некоторых девчонок побледнели лица, кто-то зажал рот ладонью, будто его стошнит.
— Ты врёшь, — срывающимся голосом сказала одна из девушек. — Это всё запугивания.
Луиза склонила голову набок, и в её глазах блеснуло что-то звериное:
— Врёшь себе ты. Я всё снимаю. Все ваши свидания, все ваши номера. Думаете, камеры — только в коридоре и в прихожей? — её голос стал почти шепотом, но от этого ещё страшнее. — Они и в комнатах. Иногда клиенты сами об этом и не знают.
— Ты больная, — выдохнула Амелия. — Ты лишена человечности.
— А вы кем себя считаете? — холодно усмехнулась Луиза. — Ангелами, спустившимися в грязь по доброй воле? Вы все знали, на что шли. Я лишь дала вам страховку. А флешка… — она ухмыльнулась и ткнула пальцем в сторону аквариума. — Вы думаете, сможете её достать? Даже если достанете одну — у меня десятки копий.
Слова ударили по ним, как хлыстом. Девчонки переглянулись, и в глазах каждой читался ужас: выхода не было.
Амелия сжала кулаки, сделала шаг ближе и сказала:
— Но знай, Луиза. Твой контроль не вечный. Рано или поздно за тобой придут.
Луиза хрипло рассмеялась:
— Может быть. Но пока вы — мои.
17 глава
Когда они вышли из кабинета Луизы, хлопнув тяжелой дверью, коридор показался неестественно узким и душным. В нём будто застыл запах её сигарет и парфюма, пропитанный ядом сказанных слов. Девчонки толпились, переглядывались, у кого-то дрожали руки, у кого-то голос. И эта волна — паника, сомнения, злость — накрыла их мгновенно, как только они отошли от двери.
— Это что вообще было? — первой не выдержала Инга, схватилась за волосы и нервно передёрнула плечами. — Вы слышали её? Она ведь реально нас снимает!
— Да бред какой-то, — отрезала Кристина, но в голосе у неё дрогнула нотка. — Как она могла? Откуда камеры? Это незаконно.