«Корона» двигалась на том же антиводороде, только гранулы были побольше, что позволяло двигателю развивать большую мощность.
— Наблюдатели, — спросил Мартинес, — каков разброс ракетного роя?
— Летят сомкнуто, милорд, — ответила Трэйси.
Мартинес вызвал на экран показания радара. Приближающиеся ракеты действительно шли сомкнуто, как в строю. Одной встречной ракеты будет достаточно, чтобы разделаться с ними, но, может быть, стоит не рисковать и запустить для верности две.
Он вывел на свой пульт управление орудиями и начал программировать ракеты.
— Мы дадим с первой батареи три залпа по две ракеты, — пояснил он Келли. — Первые две для того, чтобы справиться с догоняющими нас ракетами, а вторые будут разгоняться до тех пор, пока не встретятся с вражескими, после чего, погасив двигатели, они по инерции пройдут через облако взрыва и выйдут с той стороны, неотличимые на радарах противника от осколков. По крайней мере я рассчитываю на это. Следующие две будут направлены прямо на кольцевую станцию, и их, наверное, собьют, но зато они будут отвлекать внимание от второй пары. А четвертую пару мы пока прибережем.
Келли ошеломленно поглядела на него.
— Слушаюсь, милорд, — проговорила она наконец.
— Когда будете перезагружать стволы, загрузите в орудие номер один имитатор.
Не отрываясь от клавиатуры, девушка кивнула:
— Есть, милорд.
На большом судне о таких деталях думал бы тактический офицер. Но сейчас все приходилось делать самому, и разрабатывая план, а потом вводя его в управляющий компьютер, Мартинес опять ощутил, что очень доволен собой и теми сюрпризами, которые он приготовил для наксидов.
«Сожгите все». Последние слова Гарсии до сих пор звенели у него в ушах, и он понял, что не сможет радоваться долго. Ведь он собирался уничтожить не только восставших наксидов, но и команды кораблей, которые они взяли в плен, и еще миллионы штатских жителей планеты. Если его хитроумный план сработает, все они умрут.
Он отчетливо представил себе, как это произойдет: вспышка, огненный шар, потоки гамма-излучения. Кольцевая станция разваливается на куски, одни летят в космос, другие обрушиваются на поверхность планеты…
— Осталось три минуты, милорд, — вернул его к действительности голос Трэйси.
— Это не учения, — произнес Мартинес. — Огонь из орудий номер один и номер два.
— Залп из орудий номер один и номер два произведен, милорд. Это не учения. — Последовала пауза, в ходе которой ракеты выскальзывали из орудийных пазов, ориентировались в пространстве и включали двигатели. — Ракеты активировались и легли на курс.
На экране перед Мартинесом были видны хвосты уходящих в пространство ракет.
— Орудия, это не учения. Огонь из орудий номер три и четыре.
Ракеты исправно вылетали и исчезали в пустоте. Мартинес решил, что стоит уйти подальше от предстоящего взрыва.
— Двигатели, предупреждение о перегрузке. — Завыла сирена.
— Есть предупреждение о перегрузке, милорд.
Мартинес решил возобновить шестикратное ускорение.
А вот теперь, подумал он, когда свинцовая тяжесть ушестеренного веса навалилась ему на грудь, посмотрим, что они сделают.
Наксиды увидят, как они запускают ракеты, и будут знать, что у «Короны» теперь есть зубы. Они должны сообразить, что плотный строй их ракет будет неизбежно уничтожен ответным залпом «Короны». Но у них еще есть время отреагировать: они могут дать указание своим ракетам разойтись, разделиться, чтобы их нельзя было уничтожить одним ударом.
Ничего подобного не произошло. Первая пара ракет, запущенных с «Короны», взорвалась прямо посреди строя вражеских снарядов и уничтожила их все. В пространстве повисло облако раскаленной плазмы, возникающее, когда антиводород соприкасается с вольфрамовой оболочкой боеголовки. Между «Короной» и Магарией повисло облако жесткой радиации, через которое нельзя было увидеть, что делается на другой стороне.
Но постепенно облако остывало, и поток радиации иссякал. Наконец наблюдатели смогли разглядеть среди дыма огненные хвосты пятой и шестой ракет, уходящих по направлению к кольцу. И почти сразу же стали видны еще восемь ракет, выпущенных «Свирепым».