Казимир перезвонил и сказал, что встреча назначена. Сула сняла контактные линзы, надела светлый парик и отправилась на Кошачью улицу.
После того как Жюльена отправили из Легиона в тюрьму, Сергий Бакши с Казимиром занялись своими обычными делами. Поэтому Сулу отвели прямо в офис Бакши на втором этаже неприметного здания в центре Риверсайда.
Они с Казимиром миновали вестибюль, в котором толпились шестерки и накаченные боевики. Сула посмотрела на них с поистине аристократической надменностью. В кабинете Сергий поднялся ей навстречу, приветствуя. Помещение было столь же скромно, как и дом, в котором оно находилось: пошарпанные полы, подержанная мебель, в углах давно не убиравшееся старье.
"Тем, кто действительно у власти, нет необходимости ее демонстрировать", — подумала Сула.
Сергий легонько пожал ей руку, но Сула почувствовала, что его хватка может быть гораздо сильнее.
— Чем могу помочь, леди Сула?
— Пока ничем. Но я сама могу оказать вам услугу.
Сергий строго посмотрел на Казимира, который в ответ своим видом дал понять, что предложение Сулы он уже слышал.
— Ценю, что вы не забываете обо мне. Садитесь, пожалуйста, — пригласил Сергий, снова переключив на нее внимание.
"Надо же, в этот раз предложил стул", — отметила Сула. Сергий прошел на свое место.
— Думаю, я могу вытащить Жюльена из Коллектора, — начала она.
Сергий застыл, и впервые за их знакомство что-то мелькнуло в его темных глазах, и эта черная дыра подавляемых желаний испугала Сулу больше, чем обычное для него равнодушие.
Неважно, любил он сына или приравнивал арест Жюльена к покушению на свою собственность, в его глазах горел голодный огонь, первобытная жажда, как у пантеры при виде добычи.
Сергий не отводил от Сулы пылающего взгляда, а потом выпрямился на дряхлом стуле и сцепил бледные кулаки перед собой на столе. И опять принял равнодушный вид.
— Это интересно, — сказал он.
— Сразу предупреждаю, что освободить Жюльена я не в силах. Но могу добиться его перевода в один из полицейских участков Риверсайда или в любой другой, указанный вами. Оттуда вытаскивайте сами. Я же обеспечу его официальным удостоверением, позволяющим свободно передвигаться, но, конечно… — Она посмотрела в непроницаемые глаза. — Пока наксиды у власти, он будет вне закона.
Сергий не отрываясь смотрел на нее, а потом кивнул.
— Как мне отблагодарить вас за эту услугу? — спросил он.
Сула сдержала улыбку. Список был готов заранее.
— Подпольное правительство перевозит оружие под видом доставки продуктов. Скоро продовольственные перевозки станут нелегальными, но я бы хотела продолжить их под вашей защитой без обычных взносов.
Суле показалось, что на губах Сергия Бакши мелькнуло что-то вроде улыбки.
— Будет сделано, — сказал он.
— И десять наксидов должны умереть.
У Бакши дернулась бровь.
— Десять?
— Десять наксидов определенного ранга. Полицейские, флотские или из Легиона; если это будут штатские, то чиновники высокого уровня. И чтобы было понятно, что это именно убийство, а не несчастный случай.
— Когда это должно произойти? — холодно спросил он.
— Точные сроки не важны. После освобождения Жюльена, но сильно не тяните.
— Вы провоцируете наксидов на очередную бойню. — Казалось, Сергий немного оттаял.
Сула пожала плечами и постаралась, чтобы ее взгляд стал таким же жестким, как у него.
— Это мелочи, — произнесла она.
Сергий криво усмехнулся. Принимая во внимание присущую ему невозмутимость, эффект был не меньший, чем от хохота.
— Согласен. Но цели выбираю я.
— Безусловно, — ответила Сула.
— Что-то еще?
— Нужна группа для эксфильтрации, если дела пойдут не по плану. Не думаю, что это понадобится, но всё же.
— Для эксфильтрации? — Сергий напряженно повторил незнакомое слово, но потом его лицо приобрело выражение, по всей видимости, обычное для него, но от этого не менее пугающее.
— Вам лучше посвятить меня в свои планы, — сказал он.
Изучая правовую систему, Сула выяснила, что приказы о переводе заключенных могут отдавать три инстанции. Во-первых, администрация тюрьмы, в которой они содержатся, обеспечивает их перемещение на допросы и суды и обратно, а также на бесчисленные фабрики и в сельскохозяйственные общины. Всё начальство с правом подписи было наксидским. Сергий явно никого из них не подкупил, иначе Жюльен не сидел бы в Коллекторе.