"Нараянизм — религия, основанная на учении Нараянгуру (Баламбодады Сета), осужденного за веру в высший порядок и за то, что якобы творил чудеса. Идеи Нараянгуру напоминают философию терранца Шопенгауэра, которого в свое время обвиняли в нигилизме. Хотя приверженцы культа верят, что Нараянгуру был распят на аяке, документально установлено, что его пытали и казнили на Терре способом, более распространенным в год 5581 от Торжества Праксиса. Введенные в заблуждение верующие иногда узнают друг друга по цветущим веточкам аяки, которые носят в определенные дни, или по посаженным возле дома деревьям этого вида, или по бижутерии, фарфору и другим предметам, украшенным орнаментом, имитирующим это растение. Они также выработали собственную систему опознавательных жестов.
Нараянисты не воинственный культ и не представляют другой угрозы Праксису, кроме распространения ложных идей. Представители культа были недавно замечены на Терре, Преовине и Сандаме, где иногда целые кланы тайно участвовали в обрядах нараянистов."
Мартинес посмотрел на Джукса и опять поднял болтающийся на цепочке кулон.
— Почему капитан Флетчер носил это? — спросил он. — Кулон не представляет из себя особой ценности, ведь так?
Джукс казался озадаченным.
— Нет, милорд.
— Допустим, он действительно верил, — сказал Мартинес. — По-настоящему верил в Нараянгуру.
К удивлению Мартинеса на лице Марсдена появилась гримаса ужаса. Несколько мгновений секретарь подыскивал слова, а когда заговорил, капитану показалось, что его голос дрожит от гнева.
— Капитан Флетчер сектант? — выдавил Марсден. — Вы сами-то понимаете, что несете? Член клана Гомбергов и Флетчеров — сектант? Знатнейший пэр, чей великий род насчитывает тысячи лет…
Мартинеса поразила эта напыщенная отповедь, но у него не было настроения выслушивать помпезную лекцию по генеалогии.
— Марсден, — прервал он секретаря, — вы знаете, где хранятся личные вещи Тука и Козинича?
Марсден дернул кадыком, словно проглатывая свое негодование.
— Да, милорд.
— Принесите их сюда, пожалуйста.
Марсден встал, положил планшет на стул и отдал честь.
— Слушаюсь, лорд капитан.
Секретарь вышел на негнущихся от злости ногах. Джукс проводил его изумленным взглядом.
— Странный человек. Никогда не думал, что он такой сноб. — А потом, подняв бровь, обратился к Мартинесу: — Вы правда думаете, что капитан Флетчер был нараянистом?
— А зачем еще ему это носить? — ответил капитан, разглядывая кулон.
— Может, ему его подарил кто-то дорогой?
— Дорогой ему сектант, — пробормотал Мартинес.
Он сел и вновь прокрутил цепь рассуждений. Ничто по отдельности не выглядело неправдоподобно, значит, это пока что наилучшая его версия.
Он отталкивался от взглядов Праксиса на верования и от особенностей толкования этих взглядов служителями Праксиса.
Шаа много во что верили, но только не в сверхъестественное. Таким образом, любая подобная вера по определению нарушала Праксис и считалась преступной. Когда шаа покорили Землю, они столкнулись с многочисленными культами этой планеты, и понадобилось много веков, чтобы постепенно искоренить их. Молитвенные дома сносили, отдавали в ведение светских учреждений или превращали в музеи. Не разрешали верующим поступать на государственную службу или преподавать. Изымали и запрещали печатать религиозную литературу. Распускали церковные организации, увольняли клириков и закрывали их школы.
Если верующий хотел стать мучеником, ему давали осуществить свою мечту.
Конечно, религии не исчезли. Возможно, проницательные шаа и не стремились к этому. Но ограничивая распространение учений, уничтожая профессиональных служителей культа и храмы и запрещая религиозную литературу и искусство, они низвели то, что могло считаться процветающей сферой деятельности, до уровня простого увлечения. Верующие собирались, но делали это маленькими группками и дома. Священниками становились самоучки в свободное от основной работы время. Религиозные книги печатали тайно и передавали из рук в руки, что привело к частичной утрате текстов и появлению новых ошибок.
Верующих перестали преследовать, потому что со временем они научились не привлекать внимания к своим обрядам и отказались от обращения в веру других. Хотя искоренить религии не удалось, влияние их ослабло и стало сложно отличать культы от предрассудков, представляющих из себя тайные и необъяснимые с точки зрения разума практики, призванные привлечь на свою сторону неизвестные силы, способные защитить от ударов судьбы.