— Сколько офицеров знает код?
— Все командующие флотом.
— Трое из них, кажется, мертвы. Если б погибли вы все, выжившим пришлось бы несладко.
— К счастью, мы с Алтажем живы, — спокойно сказала Миши. — Что приводит нас к следующему вопросу. Я намерена поставить Алтажа во главе тех, кто останется в Магарии, — что естественно, ведь его корабль тоже поврежден. Двадцать восемь звездолетов наступательного флота разделим на три эскадры. Одной буду командовать я, другой — Сула. — Миши посмотрела на капитана, подняв бровь: — Нет возражений, если третью поручу вам?
Мартинес успел пару секунд погреться в лучах неожиданно залившей душу радости, пока всё внезапно не испортила Ли, склонившаяся к мигнувшему значку связи на нарукавном экране.
— Сообщение, миледи, — сказала она, — от лорда Торка.
Тут, как туча, закрывшая солнце, упал черный занавес.
— Переведите на видеостену. — Миши распрямилась на стуле, глядя на дисплей и в камеру. На одном из экранов появилось большеглазое, серое, невыразительное лицо Торка.
— Да, лорд командующий. Рада видеть вас живым.
Мартинес чуть не зарычал. Не видать ему эскадры как своих ушей.
— Доклад, пожалуйста, леди Миши, — сказал Торк.
— У нас тридцать девять подтвержденных выживших и два корабля, не выходящих на связь, о которых мы ничего не знаем. Я собираю двадцать восемь кораблей, пригодных для преследования врага.
Из-за растущего между "Прославленным" и "Судье Уругом" расстояния, ответ Торка задержался на несколько секунд. Мартинес рассматривал изображение и заметил, что Торк без скафандра. На нем был надувной ярко-оранжевый пластиковый жилет, какие обычно используют флотские медики. Да и сам Торк казался свинцово-серым, как никогда раньше. Отмершая кожа больше не свисала с лица, что говорило о том, что ее убрали врачи.
— Отлично, леди Миши, — сказал Торк. — Даю разрешение на преследование.
Мартинес удивился. Он-то думал, что перед наступлением они будут еще три-четыре месяца нарезать круги вокруг Магарии.
— Будьте любезны, пришлите мне отчет о состоянии флота и отданных вами распоряжениях, — сказал Торк.
Миши так и сделала. Последовала пауза, во время которой они ждали, пока широкие круглые глаза Торка пробегут данные. Если он и сожалел победе, повлекшей потерю половины войска, то не показывал этого.
— Действующий комэскадрой Алтаж возглавит оставшиеся в системе Магарии силы, — произнес Торк. — Вы включите все тяжелые крейсеры в Девятую эскадру, хотя нет, "Великолепный" войдет в Семнадцатую, а его капитан сменит леди Сулу на посту командующей. Другие звездолеты можно объединить в легкую эскадру во главе с… капитаном Танту?
В душе Мартинеса боль от потери собственной эскадры боролась с гневом за Сулу. Возможно, она кровожадная, наглая и ненормальная, но ее эскадра воевала блестяще, потеряла меньше кораблей, чем остальные, нанеся больший урон врагу.
— Танту, конечно, старший по званию, милорд, — сказала Миши. — Но разве не логичнее включить "Великолепный" в тяжелую эскадру?
— Я хочу сменить капитана Сулу. Она ослушалась моих приказов и слишком рано начала рассеивание в бою. И отказалась перестраиваться, когда я приказал напрямую. Мне нужен верный капитан, способный заставить ее подчиняться.
Мартинес видел, что Миши порывалась что-то возразить, но промолчала.
— Милорд, вам нужна помощь? — спросила она. — Послать шлюпку и вывезти вас с "Уруга"?
— Нет необходимости, — ответил Торк. — У меня поврежден позвоночник, и доктор говорит, что я не перенесу перегрузок. Мне доложили, что один из двигателей на "Судье Уруге" починят через двадцать девять часов и мы сможем долететь до кольца Магарии, как раз к этому времени стимулирующие гормоны заживят мои ранения. Связь восстановили, и мы со штабом продолжим командовать Единственным Праведным Флотом Мщения, хотя бы сейчас.
"Торк когда-нибудь исчезнет? — думал Мартинес. — Он что, никогда не умрет, не уйдет в отставку, не ляжет в больницу, не прострелит себе башку?"
Он так и будет продолжать мешать ему жить?
— Потребуйте от Магарии и вражеского флота капитуляции, — приказал Торк. — Я бы сам предъявил ультиматум, но вряд ли требование, исходящее из поврежденного корабля, впечатлит их.
А еще привлечет вражеские ракеты.
Мартинес мрачно просидел весь остаток разговора и последовавшую за ним планерку. В конце концов Миши со стуком поставила кофейную чашку на блюдце и бросила на него суровый взгляд.