Он припарковался перед домом и, когда дверца машины втянулась в крышу, выбрался из автомобиля. В воздухе запах табачного дыма волнующе мешался с ароматами тропиков. Двое слуг — мужчина-землянин и женщина, уроженка Тормины — засеменили ему навстречу. Привычные к ночи глаза торминянки скрывались за темными очками.
— Лейтенант Северин? — спросила она, тщательно выговаривая слова клыкастым ртом.
— Он самый.
— Добро пожаловать в Рио-Хондо, милорд.
Северин не был лордом, однако так по традиции обращались к офицерам, которые в большинстве своем носили титул пэров, и Северин успел к этому привыкнуть.
— Благодарю, — ответил он и двинулся было к дому, но тут же остановился в нерешительности. — А мой багаж?
— Блист о нем позаботится, мой господин. А я пригляжу за вашей машиной. Прошу вас, проходите в дом. Или, быть может, желаете, чтобы о вас доложили?
Вообразив удивленно-неловкое молчание, которое последовало бы за докладом о прибытии его скромной персоны, Северин усмехнулся:
— Спасибо, не стоит.
Затем одернул синий мундир и по мощенной кирпичом дорожке направился к лестнице парадного входа. «Пожалуй, — подумал он запоздало, — стоило взять с собой ординарца». Однако за годы военной службы Северин так привык заботиться о себе сам, что никогда не нагружал слугу тем количеством работы, которое хотя бы оправдывало существование последнего. Вот и теперь, вместо того чтобы взять ординарца в Рио-Хондо, Северин отпустил его в увольнительную. Он и сам пока в состоянии отгладить форму и начистить ботинки — впрочем, его слуге и без того нечасто приходилось этим заниматься.
Каблуки Северина звонко цокнули по плиткам астероидного камня, которыми была выложена веранда. От группы гостей тут же отделилась мужская фигура и направилась к нему. Северин не сразу узнал в этом человеке хозяина дома, поскольку никогда прежде не встречался с капитаном Гаретом Мартинесом лично.
— Лейтенант Северин, не так ли?
— Так точно, господин капитан.
Мартинес широко улыбнулся и протянул Северину руку.
— Рад наконец-то с вами познакомиться!
Мартинес был мужчиной высоким и широкоплечим, с длинными руками и большими ладонями. У него были темные вьющиеся волосы и густые черные брови. На нем красовался изумрудно-зеленый флотский мундир с высшим имперским знаком отличия на воротничке — диском Золотой Орбиты.
Во время войны Северин и Мартинес не раз помогали друг другу. Северин подозревал даже, что именно Мартинесу он обязан получением офицерского чина. Они поддерживали хорошие отношения вот уже несколько лет — но исключительно посредством электронных средств связи.
Гарет Мартинес был сыном лорда Мартинеса, главного аристократа планеты Ларедо. Вернувшись на родину и узнав, что корабль Северина находится на ларедском Кольце, капитан пригласил его погостить в своем родовом гнезде.
— К сожалению, вы пропустили обед, — сказал хозяин дома. — Зато, к счастью, и все сопутствующие ему торжественные речи.
Мартинес говорил с сильным ларедским акцентом, и Северин подозревал, что в гостиных Верхнего Города на столичной планете Зан-шаа этот знак провинциального происхождения сослужил ему не лучшую службу.
— Жаль, что я пропустил вашу речь, господин капитан, — ответил Северин нейтральным тоном представителя среднего класса.
Мартинес тяжело вздохнул:
— Не переживайте, вам еще представится такая возможность. Я ведь всегда говорю одно и то же. — Он высоко вздернул подбородок и провозгласил напыщенно: — «Наша империя, управляемая по принципам Порядка, обеспечивает социальное устройство с неограниченными возможностями для каждого гражданина!» — Он взглянул на Северина и продолжил уже обычным тоном: — Надолго вы к нам?
— Думаю, примерно на месяц. «Искатель» должен отправиться вместе с «Титаном», а там еще не закончена погрузка антиводорода.
— И куда же вас посылают теперь?
— На Паркхерст, а может, и дальше. Судя по спектрограммам, там могут находиться два туннеля, вот их-то нам и предстоит разыскать.
Мартинеса, похоже, эта новость очень обрадовала.
— Что ж, удачи! — сказал он с воодушевлением. — Может, Ларедо из межзвездного тупика наконец-то превратится в центр торговли.