— Барон Верстгорд, моё почтение. Позвольте представится, я странствующий рыцарь барон Лем Додберри, служащий богине Лирии, а это её новая помощница и моя спутница, воплощённый гений, её зовут Белокурая Салвинг. Позвольте представить мне остальных моих спутников, это маги ордена Пурпурный Лаонт, находящегося под покровительством богини любви и домашнего очага — Лирии. Все они мои друзья и сопровождают меня в моём долгом странствии по Ринору. В ваши края мы заглянули без какой-либо цели. Можно сказать, случайно.
При виде таких гостей, барон чуть не выскочил из своего железа. Он мигом снял с головы круглый шлем, мы увидели, что это мужчина лет сорока на вид. Барон поклонился и поприветствовал нас весьма тепло, но всё же с некоторым напряжением в голосе и я спросил:
— Барон, что это за безобразие творится на ваших землях?
— Вот именно, что безобразие, Лем. — Отозвался Хорн Верстгорд и пояснил — Всё началось ещё неделю назад. Сенторы приехали в деревню Терфаро, путь в которую лежит через мои земли, за товаром, который вырастили для них эти отвратительные мерзавцы, мои соседи. Мне неприятно говорить об этом в присутствии Белокурой Салвинг, но они выращивают детей на продажу сенторам, словно домашний скот и те превращают их в рабов, чтобы потом, когда дети вырастут, продавать. Не знаю, что они там не поделили, но вчера утром колдуны-сенторы, нанявшие себе охрану из воинов-южан, промчались по моим землям, как буря, а за ними гнались воины, взявшиеся охранять деревню Терфаро. Они-то и не дали сенторам уйти в лес и те укрылись на холме под магическим куполом. Похоже, что они ждали подмоги, но та не прибыла и пару часов назад колдуны выставили наёмников из-под купола.
Не трудно было догадаться, какую именно подмогу ждали сенторы, но я мог и ошибаться, а потому решил скормить барону такую историю нашей ночной битвы:
— Хорн, богиня Лирия перенесла нас из степи под городом Сириаланом, в котором когда-то жила Белокурая Салвинг, в Дегойнский лес к северу отсюда и на нас почти немедленно напали жуткие, кошмарные твари. Какие-то бурые крысы размером с гигантского медведя. Мы сражались с ними всю ночь и только под утро всех перебили, после чего немного поспали и сразу же помчались в ваше баронство. Вы не могли бы объяснить нам, что это была за напасть такая?
— Лем, вы их точно всех перебили? — Спросил барон.
Салвинг нахмурилась и подтвердила:
— Господин барон, не сомневайтесь в этом.
Барон облегчённо вздохнул:
— Слава богине Лирии, пославшей вас в наши края, господа. Я непременно построю в её честь мраморную часовню и в ней будут постоянно куриться самые редкие благовония. Признаться, я уже и не мечтал избавиться от такого соседства. — Барон пояснил нам — Это были стражи Дегойнского леса, злобные создания колдунов-сенторов. Моя небесная госпожа, скажите, сколько их было всего? Сотня, две?
Белокурая Салвинг заулыбалась и ответила:
— Лирия сейчас шепнула мне на ухо, что проверяя нас, она собрала в той части леса все магические порождения колдунов-сенторов, чтобы узнать, так ли мы хороши. Лем, она очень довольна нами и особенно тобой. Вам она тоже обещала своё покровительство, барон. Отныне, за свою почтительность, вы хранимы моей богиней.
Рыцари, услышав слова Белокурой Салвинг, радостно завопили, а барон Верстгорд, широко заулыбавшись, признался:
— Сэр рыцарь, вы наш спаситель. Мы собрались здесь на тот случай, если стражи леса всё-таки придут на помощь колдунам и те направят их против нас. Слава богине Лирии, этого не случилось.
Пожав плечами, я сказал:
— Ничего особенного, Хорн, я просто делал свою работу. Видишь ли, хотя я и странствующий рыцарь, лекарь из меня никакой. Целительством у нас занимается Белокурая Салвинг, а мы все специалисты другого рода. Снести чью-то безумную голову нам куда проще, чем лечить её от мерзостных желаний. Или уничтожить полчище монстров. Ладно, раз всё случилось так, а не иначе, то я хотел бы поговорить с южанами. Похоже, что твои добрые соседи не торопятся сразиться с ними.
— Добрые? — Возмущённо завопил барон — Век бы не видел этих мерзавцев, а ведь когда-то все они были отличными охотниками на пушного зверя и действительно неплохими соседями, пока не спутались с проклятыми сенторами. Те по дешевке снабжают их рабынями, а они совокупляются с ними, заставляю рожать и выкармливать младенцев, а потом продают колдунам детей не моложе семи лет. Мерзкие твари, что тут скажешь. А ещё эти несчастные делают за них всю тяжелую работу. Представь себе, Лем, у их ещё есть жены и так называемые чистые дети, но если те плохо ведут себя, они и их продают сенторам. Вы не представляете, друзья мои, как я их ненавижу, но ничего не могу поделать.