- Мессир, пять часов, практика закончилась, пора выпи... - веселый голос Геры оборвался на полуслове.
Наступила резкая тишина. Еще не понимая, что произошло, я смотрел на всех сверху вниз. Какие же они мелкие. Я могу легко передавить их, растерзать на множество крохотных кусочков, а потом пожрать души. Особенно вкусными будут те пятеро, с золотыми ореолами вокруг голов. Бушевавшая во мне безжалостная и непреходящая ненависть требовала выхода. Я чувствовал потребность крушить, ломать, рвать на части. Мне хотелось крови и душ! Я зарычал, делая шаг вперед, и провел когтем по мраморной стене, оставляя на ней глубокий кривой след.
- Соль?
Голосок Шуры подействовал на меня словно отрезвляющий коктейль. Я остановился. Соль? Кто это? Я? Разве меня так зовут? Нет, нет, у меня другое имя... Волна безумия начала овладевать мною, перед глазами появились видения ада. Грешники, вечно горящие в цепях из раскаленной лавы, корчащиеся, пожираемые низшими, которые с наслаждением отгрызают по кусочку от вопящих душ, скверна, ужас и боль... Эта девушка стоит на моем пути к разрушению. Она пытается помешать мне, отвлечь. Я поднял руку, чтобы устранить препятствие.
- Стоять!
Напротив меня, закрывая собой Шуру, ярким горящим солнечным светом встал высокий златовласый мужчина с белоснежными крыльями за спиною. В его руке сверкал меч, созданный из белого пламени. Синие глаза без зрачков смотрели безучастно и безразлично, и то, что бушевало во мне, поняло, что с ним не справиться. Может быть, когда-нибудь, но не сейчас. Сейчас я проиграю. Он сделал шаг вперед, поднимая меч. Мне это не понравилось, не хватало еще, чтобы всякие крылатые мне угрожали, я зло рыкнул и попытался ударить ангела двумя руками в грудь. Он легким неуловимым движением ушел в сторону, а его огненный клинок уперся в мой кадык.
- Вернись, - голос прозвучал негромко, но меня словно вывернуло наизнанку, бросило на стену и хорошенько приложило сверху. Второй раз за последние полчаса я потерял сознание.
Очнулся в человеческом виде с холодным компрессом на лбу, лежа на чем-то мягком, где-то негромко разговаривали. Прислушиваясь, полежал, не открывая глаз. Приглушенные голоса раздавались из соседнего помещения.
- Мальчики, с ним все будет в порядке?
Шура.
- А даже если и нет, подумаешь, одним темным станет меньше. Мир только вздохнет с облегчением.
Рыжая амур, вроде, ее имя Эльза. Вот сучка.
- Эльза, мы не должны так думать. Никто не знает, почему Соль появился в таком виде.
Укоризненно Чет.
- Похоже, ваш Соль окончательно съехал с катушек от пьянства.
Сед.
- А в дюндель?
Вал.
- Он решил птичкой поработать.
Геракл.
- Это как?
- Схлопочешь по лбу - и отправишься в полет.
Мрачно Мамочка.
- Вы злобные тупые мускулистые демоны и о таком понятии, как хорошие манеры, даже не слыхали. Вместо того, чтобы ответить аргументировано, сразу сыплете угрозами!
- А за базар кто отвечать будет?
- А еще наглые и самонадеянные!
- Ты надоел мне, светлый!
Глухой удар, визг девчонок, падение тел и очень знакомые звуки борьбы. Явно в разговор вступил Хашиш.
Я открыл глаза и, наконец-то, определил, где нахожусь. Трактир "Три поросенка" моя комната, кровать, в кресле сидит Лилия, возле нее стоит миска со льдом. Увидев, что больной открыл глаза, она робко улыбнулась, я ей подмигнул.
- Эй, Хаш, прекрати уменьшать поголовье студентов светлой академии! - крикнул, вставая с кровати.
Самочувствие было отличное. В маленьком зеркале, висящем на стене у двери, отразился довольный жизнью варвар. Раздался рев, и в комнату ввалились мои друзья. Сразу стало как-то тесновато. Вал с облегчением похлопал меня по плечу, Хаш пожал руку, Гера, подхватив Лилию на руки, уселся в кресло и, закинув ноги на кровать, с удовольствием следил за царящей вокруг суетой, Мамон всунул мне в руки кубок с приятно булькнувшей розовой жидкостью. В коридоре мелькнул Сед, но в комнату заходить не стал. Я поискал глазами Шуру, но из светлых только Чет, стоя в дверях, с улыбкой махнул мне рукой.
- Мы вас ждем внизу. Мастер сказал, всем собраться для серьезного разговора, - слегка скривился он.
- Из-за чего переполох? - поинтересовался я у парней, отхлебывая вина.
- Из-за одного несдержанного самоуверенного наглого типа с ярко выраженными суицидальными наклонностями.