- Ларка, выкинь его! - грозно сказала Даша, покачнувшись и крепко схватившись за мое плечо. - Быстро!
Я мягко высвободилась и под бодрящие дашины выкрики медленно пошла к машине. Ноги сами по себе вытанцовывали кренделя, ведя меня по плавной синусоиде, тем не менее, “Пежо” неумолимо приближался. До него оставалось каких-то сто метров, когда мотор взревел, машинка дернулась, что-то мягко профырчала и… взорвалась.
Глава 4
Мы сидели в полицейском бусике, тесно прижавшись друг к другу, и наперебой рассказывали суровым стражам порядка о перенесенном нами шоке. Подозреваю, полезной информации в нашем заполошном кудахтанье содержалось мало, но надо отдать полицейским должное, они не перебивали, в сотый раз выслушивая про наш испуг при виде разлетевшейся на куски машины..
В бусике при закрытых дверях было душно, но Даша все равно тряслась в ознобе. Остатки шампанского на глазах покидали ее несчастную голову, и она все отчетливее понимала, что о несчастном случае речь не идет - ее хотели убить. Мне тоже было очень страшно, ведь я не уселась на переднее сиденье рядом с ней по счастливой, как теперь выяснилось, случайности. В районе орудовал угонщик машин, предпочитавший иномарки. И наше с Дашей везение заключалось в том, что в тот поздний вечер среди припаркованных возле ресторана автомобилей иномарка была только одна. Наше невезение принял на себя автовор.
Несмотря на жуткий стресс, Даша успела позвонить своему пупсику, и, несмотря на озноб, торопливо прихорашивалась прямо во время допроса. На глазах изумленных полицейских она трясла своими роскошными платиновыми волосами, чтобы придать им объем, подкручивала дрожащими пальцами локоны, постоянно покусывала губы, рискуя прокусить их до крови, и периодически судорожно хваталась за крошечную сумочку, доставала оттуда пудреницу и в который раз припудривала и без того безупречно матовый носик. Я смотрела на нее, понимая, что именно это - правильное женское поведение, и хотела было попросить пудру и для себя, но тут же отвлеклась на очередной строгий вопрос и полностью забыла про свою, не слишком презентабельную сейчас внешность.
Пупсик примчался на подмогу примерно через полчаса, одновременно с представителем криминального отдела нашей редакции, куда позвонила уже я. Разумеется, на такой громкий во всех смыслах слова случай приехал лично Евлагин. Я сильно надеялась, что хоть в такой ситуации его светлая сторона возьмет верх, и наша беспричинная вражда будет прекращена, ну, или хоть на время приостановлена. Но похоже, мои надежды не сбылись.
Вместе с дашиным любовником, худощавым невысоким брюнетом Ковригиным, приехал его телохранитель и еще два непонятных мужчины в строгих костюмах. Даша при виде любимого сразу ожила, беспомощно подняла на него полные слез огромные синие глаза, вспыхнула от радости, как девчонка, мертвенная бледность сменилась легким румянцем, и она в самом деле словно помолодела лет на десять. И выглядела, наверное, младше меня - растрепанной, с искаженным страхом лицом и размазанной по подбородку помадой. Чиновник со своей свитой и трое полицейских заполнили собой бусик, но Евлагин сумел все же втиснуться следом за Ковригиным, отодвинул на сидении сержанта, уселся напротив нас и, с отвращением поглядев на мой короткий сарафанчик, обнаживший ноги сильно выше колен, выставил перед собой диктофон, словно оружие. Помолчал пару секунд, опустил глаза и велел нам снова изложить всю душещипательную историю, теперь под запись.
Я послушно начала рассказывать с самого начала - как мы вышли из ресторана, пошли к машине, и дорогу нам перегородили два алкаша.
- Не вздумайте заявить, что вас изнасиловали. - внезапно зло перебил меня Евлагин.
Он по-прежнему смотрел не на меня, а себе под ноги, но судя по тону, вовсе не шутил. От возмущения я аж подскочила на месте:
- Ну что вы! - заорала я так, что все в салоне притихли. - Это мы их соблазняли, и чуть не изнасиловали! Мы с Дашей вообще, как только видим какого-нибудь алкаша, так и бросаемся его соблазнять! Ни одни обос… грязные штаны мимо не пропустим!
Я хотела выразиться сильнее, но воспитание не позволило. Но еще немного общения с суперкриминалистом, и боюсь, я и правда превращусь в какую-то… шалаву. Ну, по крайней мере, в выражениях стесняться точно перестану.