Крупные калпи забили по асфальту, уже когда я подбегала к порогу здания редакции. Я захлопнула за собой тяжелую дверь, и тут дождь забарабанил в полную силу. Да ,сегодня явно был мой день! Поднявшись на лифте, я небрежно кивнула скучающему бодигарду и бодро проследовала в редакторат.
- А, Лара! - приветствовал меня СанСаныч, слегка нахмурившись. - Ну что же, продолжаем работать. Придумайте что-то путное для Семена Наумовича, чтобы не нервничал. Он уже старенький, ему нервничать вредно.
- Для него придумаю. - согласилась я. - Но я-то молодая, инфарктам не подвержена, мне бы правда совсем не повредила…
- Да от вас и не собираюсь скрывать. - пожал он плечами. - Мне утром звонил Ковригин. Сказал, если не вернем вас на работу, у редакции будут проблемы… а кому они нужны? Так что работайте. Если Даша Невеличко будет протестовать, присылайте ее ко мне, разберемся.
Я в полном ошеломлении кивнула и вышла из кабинета, стараясь не задумываться, что означает легкая нервозность редактора. Вот так новость - за меня вступился сам всесильный Дима! Разумеется, теперь дашины желания ничего не значат. Я под особой защитой. Но чего это Ковригин возбудился? Совесть замучила, что из-за него невинная девочка пострадала? Или все же имеет на меня виды?
Пора было показаться Канторовичу и сообщить, что меня срочно вызвали по причине… по какой? Надо придумать что-то, чтобы не волновать доброго старика, а воображение пока отказывало. И я, неожиданно даже для себя, повернула по коридору обратно и пошла к Евлагину.
К счастью, он был в кабинете один, и приветствовал меня без обычной злости. Светлые штаны он, похоже, носил и в ресторан и на работу, зато вместо майки без рукавов на нем была плотная белая футболка, скрывавшая мощные плечи. А зря, в самом деле… Я села в уголке его кабинета, и в двух словах описала звонок редактора и свое возвращение.
- Лариса, и где же твои принципы? Ты не собираешься отказаться? - он аж вскочил со стула.
- Не собираюсь!- огрызнулась я. - Я хочу работать в редакции. И плевать мне на всех Ковригиных, вместе взятых!
- Ну что ж, если готова платить натурой… - он снова сел и демонстративно отвернулся.
- Евлагин! - ласково позвала я через несколько секунд молчания. - Я такая ослепительная красавица, что за ночь со мной ничего не жаль? - он молчал, и я со злостью продолжила: - Тебя словно из позапрошлого столетия сюда занесло! Никто от меня ничего не потребует, у Ковригина девочек - как грязи под ногами. Ну. может поухаживает за мной немного, так это даже приятно. Лучше, чем отвернуться жопой и молчать!
Я вскочила, опрокинув стул, и вихрем вылетела из кабинета, с грохотом захлопнув за собой дверь. Пробежала несколько шагов и нос к носу столкнулась с Дашей.
Гламурная блондинка сегодня выглядела великолепно. Она высокомерно посмотрела на меня, вздернула точеный носик и хотела гордо прошествовать мимо, но я ловко обогнула ее, перегородив дорогу.
- Что ж ты с коллегами не здороваешься?
- С бывшими? - равнодушно хмыкнула она.
- Уже с настоящими. - злорадно заверила я. - Редактору звонил твой Дима, и меня приняли на работу снова. Можешь еще раз сбегать к Санычу, пусть он тебя из кабинета выкинет. Да не смотри на меня так! Я никому не жаловалась, у меня даже телефона Ковригина нет. Понятия не имею, кто ему сообщил. но я рада, так и знай.
Сильно побледнев, она смотрела на меня неправдоподобно синими глазами, потом достала телефон и начала тыкать на кнопочки. На сей раз я отчетливо слышала бесконечные длинные гудки, но на вызов никто не отвечал.
- Наверное, он тебя внес в черный список. - весело предположила я. Даша не ответила, напряженно всматриваясь в телефон.Похоже, эта мысль уже приходила ей в голову. Внезапно она взглянула на меня в упор:
- Тогда ты звони!
- Но… у меня номера нет. - неуверенно протянула я, на она не дослушала:
- Я продиктую. Звони!
Набрав под ее диктовку номер, я долго вслушивалась в те же гудки, пока не сделала вывод - либо мы обе в черном списке, что было маловероятно, либо Ковригин сейчас недоступен для всех, и Даша зря себя изводит.
- Почему он не отвечает? - на синих глазах выступили крупные слезы. - Может, с ним что-то случилось?
Слезы текли все сильнее, капая на тонкое розовое платьице, тонкий носик покраснел и на глазах распухал, а я в некотором замешательстве смотрела на бывшую подругу. Ей бы злиться на Димочку, а она так за него волнуется…