- Опять намусорили! - с истошным криком ворвавшись в кабинет, я зажала швабру под мышками, двумя руками подняла ведро и окатила одного из нападавших с головы до ног.
Надев второму на голову пустое ведро, я поудобнее перехватила швабру и наставила ее на третьего качка, с диким изумлением таращившего на меня глаза. Евлагин уже медленно поднимался с пола, держась руками за ножки стола, из носа и разбитой губы текла кровь, белая футболка, заляпанная красными брызгами, напоминала полотно художника-авангардиста, но в целом не похоже было, что он сильно покалечен.
- Сволочи, я этот кабинет только что убирала! А вы все загадили, ироды!
Я без предупреждения повернулась и без замаха попыталась треснуть мокрого налетчика шваброй по лицу. Тот успел перехватить древко у самого носа, и некоторое время мы тянули палку каждый в свою сторону, пока я не разжала руки, и мой соперник, не удержав равновесия, с грохотом рухнул на мокрый пол. Практически поднявшийся Евлагин тоже упал мимо стула, согнувшись пополам от хохота. Третий качок, чудом оставшийся сухим и невредимым, с недоумением переводил глаза с него на меня, потом хрипло прокаркал:
- Ты кто такая?
- Уборщица я тутошняя! - заорала я в приливе вдохновения, полностью войдя в образ. - Я драила эти полы весь вечер! По паркету вас раскатаю, уроды, вы мне тут срач языками вылижете!
Евлагин, сделавший вторую попытку подняться, снова сложился пополам и осел, сраженный новым приступом смеха.
- Слушай, хорош наглеть! - помрачнел мокрый пострадавший, не оценив моего юмора. Схватившись за ножку стола, он рывком поднялся с пола, но докончить свою, без сомнения, ценную отповедь не успел: снизу донесся вой полицейской сирены.
Переглянувшись, налетчики пошли к выходу, даже не попрощавшись с нами. Секунда, и в кабинете наступила тишина, прерываемая судорожными полувсхлипами задыхающегося от смеха Евлагина, так и не поднявшегося с пола. А я скинула грязный халат, больше напоминающий половую тряпку, и начала приводить в порядок сарафанчик.
Беседа с полицейским патрулем вышла слегка сумбурной. Отправляться на медэкспертизу, чтобы фиксировать побои, Евлагин отказался. Но я со скандалом заставила его рассказать о том, что налетчики угрожали ему физической расправой. Оказалось, своими статьями он задел интересы залетного олигарха Милютина. Очень уж полюбился тому центральный сквер города. Но увы, не как прекрасное место для вечерних прогулок - нет, он решил вырубить сквер, чтобы построить там большой супермаркет. И похоже, по пути к мечте готов был расправиться не только с березками, но и с любым, кто посмел бы ему помешать.
Записав наш рассказ, один из патрульных связался с начальством, и в результате нам всем пришлось поехать в отделение. Формальности заняли часа два, и лишь около полуночи, подписав все протоколы, мы с Евлагиным очутились на улице.
- Как я устала! - меня и в самом деле клонило в сон, глаза буквально слипались . - Кирилл, закажи мне такси.
- Давай до дома провожу, тут недалеко. - возразил он. - А то неспокойно у меня на душе. Мало ли, вдруг еще с таксистом подерешься.
- И это твоя благодарность! - от возмущения я аж проснулась. - По твоему, я просто так с теми уродами сцепилась!
- Зря ты встряла. - посерьезнел он. - Я мужик, выжил бы. А тебя могли здорово изуродовать.
- Ну извини, что влезла. - разозлилась я. - Больше не стану, это уж точно.
- Надеюсь, что повода не будет. - кивнул он. - Не сердись, ты правда классная. Даже не знал, что такие бывают. Тебе что, совсем страшно не было?
- Было страшно! - в голосе от обиды зазвенели слезы. - Это тебе смешно, а я думала, помру там от ужаса.
- Извини, я правда был потрясен. - виновато откликнулся он. - Но когда ты влетела, завернувшись в какую-то мокрую тряпку, замахала шваброй и завопила: я уборщица, щас вас всех тут уберу… ох! - и он торопливо закашлялся, пытаясь справиться со вновь разобравшим хохотом. Я тоже невольно улыбнулась.
- Мог бы и похвалить за смекалку. - для виду сердито проворчала я. - А не издеваться.
- Ты крутая! - он крепко обнял меня за плечи, прижал к себе, но тут же сморщился и с полустоном отстранился.
- Что с тобой? Надо в больницу? - встревожилась я.
- Да не надо, заживет все. Ребра болят, но раз ходить могу, то в больнице лежать точно незачем. - он выглядел слегка опечаленным. - Вот дожил, девушку обнять не могу.