- Расскажите, кому и зачем вы послали фотографию из сквера.
Я на секунду задумалась, потом поняла, что, раз мой телефон у них в руках, скрывать рассылку смысла никакого.
- Сначала моему коллеге Кириллу Евлагину.
- Зачем? - этот вопрос был задан без улыбки.
- Его телефон подвернулся первым. - самым честным тоном ответила я. - Хотела узнать, можно ли этот снимок поместить в газету, или он слишком маленький и мутный.
- В газету? Зачем??? - я все же сумела удивить и второго сотрудника.
- Ну как же, у нас ни одной приличной фотографии заместителя мэра! - с возмущением воскликнула .я - Он второй человек в городе, а его никто толком в лицо не знает! Это же несправедливо, вы не находите?
- Лариса, если б мы не проверили вашу биографию, я бы подумал, что вас для резидентуры специально готовили. - вздохнул он. - Поверьте, мы не самые глупые люди на свете. Не надо прикалываться. Просто объясните, зачем послали фото Евлагину.
Ненадолго задумавшись, я признала его правоту и ответила уже без ужимок:
- Заинтересовалась, с кем беседует Ковригин. Я до того момента Милютина в глаза не видела, даже на фото. А Евлагин у нас знает все.
- Понял. Кому еще вы посылали фото?
- Редактору нашей газеты. - вздохнула я.
- А ему зачем?
- Мы пытались понять, почему задержали Евлагина. - со злорадоством ответила я. - Вот и вспомнили про фото.
- Ясно. - он задумался. - Телефон вашего редактора отключён, на рабочем месте его нет. Вы не знаете, куда он мог поехать?
- Понятия не имею. - я снова поглядела на него честными глазами. - Теперь, когда я на все вопросы ответила, вы меня отпустите?
Он недобро усмехнулся и окинул меня насмешливым взглядом:
- Отпустим, разумеется. Лет через пятнадцать.
Встал и вышел из камеры.
Глава 24
Не могу сказать, что следующий я час я провела в полном покое и невозмутимости, подобно Будде. Нет, понервничала я изрядно. Побегав по камере, я уселась на койке, сбросив босоножки и скрестив ноги, и попыталась взять себя в руки. Больше всего угнетало отсутствие мобильника и Интернета. Иначе я могла бы написать подругам, выложить пост в Фейсбук, короче, как-то связаться с миром, а на миру и смерть красна. А вот так, в одиночестве, пропадать было страшновато.
Услышав шаги в коридоре, я торопливо легла на кровать, положила руки вдоль тела, запрокинула голову и закрыла глаза. Пусть уроды поволнуются, решив, что жертва от испуга преждевременно откинула копыта. Не все им масленица.
Сильная рука вцепилась мне в плечо и начала трясти, словно спелую грушу. Резкий мужской голос скомандовал:
- Врача, живо!
Мое плечо оставили в покое, и лишь тогда я открыла глаза. Оба белолицых склонились над моей кроватью, прожигая меня ненавидящими взорами.
- Что с вами? Сердце больное? - отрывисто спросил один.
- Я просто уснула. - удивленно ответила .я - Сегодня рано встала, не выспалась. Чего вы так всполошились?
Один из белоглазых выругался себе под нос, второй, с более крепкими нервами, внезапно усмехнулся:
-Впервые такое вижу. Лариса, может, к нам устроитесь на работу? Тут нужны такие, с нервами-канатами.
- Недавно вы говорили, что такие вам нужны только в тюрьме. - не удержалась я, садясь и старательно одергивая платье.
- Ладно, кто старое помянет. - он стал серьезным. - Сейчас вы отсюда уйдете, но запомните - во взрослые игры играть опасно. Вы еще слишком молоды для такого.
Ничего не понимая, я лишь пожала плечами, встала и пошла за своими тюремщиками в призывно распахнутую дверь.
Не останавливаясь, мы дошли до выхода из неприметного здания. Один из провожатых остановился, другой кивком указал мне на дверь:
- Идите.
Ничего не понимая, я вышла на улицу и угодила в объятия Евлагина, небритого, остро пахнущего потом, но живого и невредимого. В нескольких шагах от него стоял редактор, а чуть поодаль виднелся громоздкий лимузин губернатора.
Неизвестно, сколько времени бы я провела в объятиях Кирилла, но СанСаныч, деликатно покашливая, постучал по моей спине:
- Ребята, вас ждут.
Сцепившись ладонями, мы с Кириллом пошли к лимузину. Загрузились на задние сидения, на переднем уселся редактор, и машина тронулась, резко набирая разгон. И уже минут через пять мы притормозили возле огромного трехэтажного белоснежного загородного особняка с колоннами и башенками, в котором, судя по виду, вполне можно было расположить солидный теннисный клуб.
Войдя внутрь, я невольно закашлялась при виде огромного мраморного холла, где вполне можно было устраивать балы. Эхо разнесло мой кашель по дому, многократно усиливая звук и превращая его в нечто вроде надрывного лая. Я испуганно прикрыла рот ладошкой. Кирилл лишь усмехнулся и крепче обнял меня за плечи. Через пару минут ожидания к нам спустился лично Владимир Федотов, наш действующий губернатор… или уже бывший?