Сегодня выглядел он неважно. Еще вчера моложавый крупный мужчина, сегодня он как-то согнулся в плечах, крупное породистое лицо словно постарело, покрылось трещинами морщин. Под глазами виднелись мешки, пористый нос странно подрагивал. Подняться наверх нам так и не предложили. Мы опустились на изогнутые кушетки возле отделанной огромными зеркальными плитами стены, и губернатор вопросительно посмотрел на меня:
- Девушка, мне сказали, что у вас очень важная информация.
Я растерянно оглянулась на редактора и повторила свой рассказ о том, как увидела в сквере Ковригина с Милютиным и сфотографировала их. Губернатор ненадолго задумался, затем медленно произнес:
- Похоже, Дима за моей спиной ведет свою игру. Но не верю, что он мог обрушить из-за меня супермаркет… Есть доказательства?
Теперь наступила очередь Кирилла. он подробно рассказал о находке изогнутой скобы, сыпал какими-то техническими терминами, совершенно непонятными мне и, подозреваю, губернатору тоже. Тот с умным видом кивал головой, но в конце концов не выдержал и спросил, повернувшись к СанСанычу:
- Но почему вы уверены, что это Дима? В конце концов, у супермаркета есть конкуренты...
- Если диверсию устроили какие-то безвестные конкуренты, почему нас арестовали? - не выдержала я. - Много народу в этом городе могут отдавать распоряжения органам?
- Я выясню. - кивнул Федотов. - Ладно, ребята. Разъезжайтесь по домам, мой шофер вас докинет. И больше вас никто не тронет. По крайней мере, пока я в своем кресле.
Последние слова не вызвали у меня прилива оптимизма. Если СанСаныч прав, и Ковригин затеял свою игру с целью занять кресло нынешнего губернатора, то похоже, что по очкам он выигрывает. А значит, арестовать нас могут в любой момент. Похоже, Евлагин придерживался того же мнения, поскольку, едва мы доехали до его дома и поднялись наверх, начал уговаривать меня как можно быстрее покинуть город.
- Лара, да куда угодно поезжай. - буквально молил он. - Хочешь, я тебе санаторий оплачу на две недели?
- А потом что? - грустно спросила я. - Надо тогда уж сразу за рубеж бежать. Навсегда. И маму забирать тоже. Не знаешь, где тут можно нелегально перейти границу?
Кирилл лишь тихо чертыхнулся, но с просьбами сбежать и спрятаться все же отстал. Мы уселись на диване, широко распахнув окна, чтобы развеять застоявшийся жаркий воздух, и начали длинное обсуждения последних событий.
По всему выходило, что Ковригин собирается скинуть губернатора и занять его место. И похоже, ради этого он не погнушается ничем, даже терактом. Все это выглядело вполне логичным, вот только доказательств у нас не было никаких, если не считать фотку со встречи Ковригина с Митлютиным, которая ровно ничего не доказывала. Вот если б я засняла их возле универсама, лично подпиливающих злосчастную балку… или закладывающих под нее пару мешков гексогена. Тогда да, с такими фотками мы могли бы поехать даже в Москву, нас выслушали бы и приняли меры.
Возможно, Федотов после зрелого размышления придет к тому же выводу ,что и мы, но и это нам мало поможет. Похоже, что распоряжение о его снятии если и не подписано, то это дело пары дней. А дальше и.о. губернатора будет Ковригин, и вот тогда нам всем мало не покажется. Не только нам с Кириллом, но и редактору, выступившему в нашу защиту.
Мою уставшую от жары и волнений голову все сильнее распирала какая-то мысль, никак не дававшая себя ухватить и оформить. Что-то неприятное, связанное в Ковригиным. Покушения! Они начались после того, как я познакомилась с Димой!
Глава 25
- Да нет же! - горячился Кирилл. - Вначале была попытка подорвать машину Даши. Ты тогда еще и в глаза Ковригина не видела. Как раз после покушения и познакомились, верно?
- Ну и что? - удивилась я. - Во-первых, та попытка могла быть связана с чем-то другим. Заметь, подрывники действовали более-менее профессионально. Проследили за машиной, дождались момента, когда никто по улице не проходил. Взрывчатку в военторге не купишь, опять же.
А на меня охотился, похоже, какой-то псих. То с топориком кухонным гонялся, то из мелкашки в упор стрелял. Как на нее глушитель-то удалось приделать?