- Значит, маскируется хорошо. - зло усмехнулся журналист. - Вон как ловко Олега грязью облила, теперь ему не отмыться.
- Да ты псих. - ошеломленно произнесла Даша. - Ты что, не знаешь, как твой Олег каждое лето практиканткам под юбку лезет? Ну да, они ко мне обычно плакаться бегут, теперь буду их к тебе посылать.
- - Он лезет или они сами юбки задирают? А эта твоя… протеже… она сиськи обтянула тоже просто так, для своего удовольствия? - Евлагин смотрел на Дашу своим тяжелым взглядом, от которого мои плечи, словно под свинцовым грузом, покорно опускались к земле. Но на блондинку его взгляд не подействовал. Она даже приподнялась со стула, готовясь продолжать спор, но тут вмешался редактор:
- Дорогие мои, сейчас у нас по плану планерка, а бои в грязи без правил намечены на вечер. - грозно произнес он. - Лариса, мы позже обсудим ваше поведение с Семеном Наумовичем, решение вам сообщим. А пока покиньте планерку, иначе газета сегодня, кажется, не выйдет.
Я встала и, гордо задрав подбородок и, вызывающе покачивая бедрами, под злобными взглядами Смирнитского и Евлагина вышла за дверь.
Глава 3
- Даша, ну скажи, почему он ко мне так? - я всхлипывала пьяными слезами, облокотившись на плечо старшей подруги. На сей раз мы сидели не в полуподвальном кафе, а в дорогом пафосном ресторане “Марио”, куда светская хроникерша пригласила меня, чтобы хоть немного успокоить. Громадная люстра, которой могла бы позавидовать даже Венская опера, отбрасывала блики на наши раскрасневшиеся от шампанского лица, на овальном столе, покрытом настоящей тканой скатертью, красовались вазочки с красной икрой и ведерко со льдом, откуда доставалась уже третья бутылка. Даже не знаю, отчего меня развезло больше - от шампанского либо от окружающего меня великолепия, но расклеилась я совершенно.
Даша в этот вечер выглядела старше, чем обычно. Еще утром она смотрелась моей ровесницей, а теперь ей вполне можно было дать полную тридцатку. Уголки классически правильного рта слегка опустились, большие синие глаза потускнели, словно присыпанные золой. Или это роскошное серебристое платье, словно сотканное из рыбьей чешуи, отнимало у глаз бездонную синеву?
- Ну и дуры мы, бабы. - перебила она мои пьяные излияния. - Радоваться тебе надо, что Канторович снова вступился, и тебя не выгнали нафиг. И главное, натурой расплачиваться не нужно, живи себе, пиши потихоньку. А ты ревешь.
- -Ну какое тебе дело, что он о тебе думает, этот придурок Евлагин? Подумаешь, облико морале у него! Да я вообще подозреваю, что он гей. Ни разу за три года его с девушкой не видела.
- Но это несправедливо. - не унималась я. - Ни с того ни с сего меня оскорблять! Я даже Смирнитского понять могу, такой пинок по самолюбию бедняга перенес, а этот-то чего выступает?
- Да какая разница? - Даша залихватски влила в себя очередной бокал пузырящегося напитка Но алкоголь не разрумянил ее бледного лица, и даже в уставших глазах не появились обычные озорные чертики. - Мне вот ничего просто так в жизни не давалось. За работу простым журналистом я заплатила годом жизни… да о чем это я, меня еще три года от вида мужиков вообще тошнило! - внезапно выкрикнула она, отталкивая бокал. Тот послушно отступил, покачнулся на краю стола и с радостным звоном ухнул вниз. Тут же подбежала официантка и мокрой тряпкой собрала осколки.
- Даша, что с тобой? - при виде ее перекошенного злостью лица я даже протрезвела.
- Ничего ты не понимаешь в жизни, девочка. - она успокоилась так же внезапно, как и завелась. - Я красивее тебя была в свои двадцать лет. А вот - сколько времени зря потрачено.Мерзкие жирные мужики, которые ничего не делали просто так. Ничего и никогда, за все уплачено моей кровью, моими надеждами И чего я добилась? Газету нашу вот-вот прикроют, кому я нужна, тридцатилетняя тетка? Я-то дура как рассчитывала - поработаю журналисткой, полезные связи заведу, а там либо на телевидение, либо замуж, все такое вкусное. А по итогу - скоро на помойке окажусь!
- Так замуж и сейчас не поздно. - растерянно произнесла я.
- Да-да, уже бегу. - ее пухлые губы искривились в некрасивой гримасе. - Три года вот жду, когда позовут. И что-то гложут меня подозрения, что никогда.
- А кто он? - я осторожно отодвинула подальше от края принесенный официанткой новый бокал.
- Конь в пальто! Чиновник один, ему уже под сорокет, а никак определится не может. - вздохнула Даша. - Кто мне время вернет? Еще пару лет, буду старой вешалкой, да еще и безработной.
- Так веди его в ЗАГС. - осмелела я. Шампанское вновь ударило в голову, и море проблем теперь казалось даже не по колено, а по щиколотку.