Решив, что мне он уже все сказал, Эберхард повернулся к Рику:
— Дорогой брат, рад видеть тебя. Но… Ты сказал, что был на встрече вместе с госпожой Мартой, а я видел ее там совсем с другим человеком. Он показался мне знакомым…
Надо же, делал вид, что ничего вокруг не видит, а сам орлиным взором все заметил. Рик же сделал вид, что все идет как надо.
— Это еще один мой коллега, декан факультета общей магии Конрад ар Герион. Наш соотечественник.
Ответ посла звучал так, что его можно было на хлеб намазывать вместо масла.
— Догадываюсь. Старший сын графа Гюнтера ар Гериона, если мне не изменяет память. Тот, который отказался от титула ради занятия магией.
— Память у тебя что надо, — подтвердил Рик, — Конрад мой друг, а Марта с ним встречается. Но сейчас он очень занят, поэтому мне пришлось взять моего проректора с собой.
Разговор сворачивал куда‑то не туда, Рик уже начал оправдываться, что недопустимо. Я лихорадочно придумывала реплику, чтобы вернуть беседу в правильное русло, но Эберхард вдруг потерял всякий интерес как к моей персоне, так и к Конраду.
— Что же мы стоим?! Пройдемте в гостиную, выпьем чаю или горячего вина. Там уже должны были накрыть стол. Признаться, я устал с дороги.
Мы провели в посольстве минут сорок и за все остальное время Эберхард не сказал со мной и трех слов. Только попрощался. Зато расспрашивал брата о Школе и его взаимоотношениях с королем Гораном. Под конец спросил:
— Ты случайно не обратил внимание на одну даму? Очень красивую даму, из тех, что тебе нравятся. Она сидела напротив в таком темном плаще с капюшоном, отделанным мехом северной лисицы.
Я сразу поняла, что речь о Леокадии, Рихард тоже догадался. В отличие от своего дипломатичного брата, он не стал наводить тень на ясный день, а ляпнул:
— Это ты про Леокадию? Видел, а как же. Редкостная сучка. — Ты ее знаешь?
— Еще бы я ее не знал, она же несколько лет была женой Конрада, пока не сбежала.
Доброжелательное лицо посланника вдруг заледенело, а в глазах появилась… растерянность? Затем он взял себя в руки и с милой улыбкой спросил:
— И ты знаешь, где она остановилась?
Я не успела остановить Рика, да и как я бы это сделала?
— Во дворце короля, насколько мне известно. Она личная гостья Горана.
— Вот как? — поджав губы, процедил Эберхард, — ну что ж… А вы теперь куда?
— В школу, работа не ждет, — весело заключил Рихард.
После этих слов начались прощания и мы уже через минуту сидели в карете. В школу я все еще не торопилась. Сегодня у меня занятий нет, а текущую административную работу найду на кого спихнуть. Важнее предупредить Конрада.
К счастью Рик был того же мнения. Поначалу карета покатила на выезд их города, но внезапно ректор открыл окошечко в передней стенке и велел кучеру поворачивать ко дворцу.
— Марта, надо предупредить Кона, что Эберхард его заметил. И про Леокадию сказать что он спрашивал. Ты не против, мы сначала во дворец, а домой потом?
Против? Да я рада — радешенька. Только меня там видеть не хотят. Об этом я напомнила Рихарду. Он отмахнулся.
— А, ерунда. Мы же неофициально. Войдем через вход для прислуги, а то еще лучше: через вход для агентов безопасности. Есть и такой!
Верю, что есть и даже верю, что Рик знает, как его найти. Только бы нам по дороге никто знакомый не попался. Но ректор меня успокоил: мы окажемся не в тех коридорах, по которым ходит знать, а в других, для обслуги. Он их неплохо знает, так что сможет меня провести и найти Конрада. Тот или в своем придворном рабочем кабинете, или у короля. К королю мы, ясное дело, не сунемся, а когда он Кона отпустит, мы его выцепим и расскажем, что узнали в посольстве.
План был хорош, поэтому я с ним и согласилась. Но не зря пословица говорит: гладко было на бумаге, да забыли про овраги. На деле все пошло совсем не так.
Нет, во дворец мы попали. Вошли через вход для слуг, там, где кухня. Под прикрытием незаметности это не составило труда. Пришлось только немного пережать, пока разгрузят фургон со свежими овощами, слишком в этот момент много людей там толклось, можно было на кого‑нибудь случайно налететь. Но стоило фургону отъехать, и народ рассосался. Мы проникли во дворец несмотря на то, что Конрад уверял: сюда и мышь не прошмыгнет незамеченной.
Рихард уверенно вел меня сначала по длинному и узкому коридору без какого‑либо декора, затем по такой же узкой лестнице и наконец остановился перед дверью. Прикоснулся к ней нашим школьным универсальным ключом и она открылась.
— Кабинет Кона во дворце, — пояснил ректор.