После обеда бал продолжился. Горан какое‑то время оставался в зале, а затем исчез вместе с фар Арвилем. Я же потратила предоставившуюся передышку на то, чтобы найти выгодное место, где мое подслушивание не привлечет ничьего внимания.
Конечно, фасолинку у меня в ухе сторонний наблюдатель не засечет, но вот странная девица, сидящая как истукан с разинутым от усердия ртом, может его заинтересовать. Мне нужно укромное место в радиусе сорока локтей от королевского кабинета.
Лилиана и на этот раз подсказала: оранжерея. Коридоры, ведущие в нее и в кабинет, разные, никто не догадается, зато эти два помещения разделены всего одной лестницей в стене. А сходить полюбоваться экзотическими растениями — это для гостей обычное занятие. Она сама меня проводит, ведь я же ее учительница.
Я понимала, что девушка просто хочет быть первой, кто услышит, о чем договариваются король с послом, но пойти в оранжерею с Лилианой было хорошей идеей. Если кто‑то ненароком там появится, она отвлечет внимание.
Через несколько минут после того, как король ушел на переговоры, Лили сообщила Рихарду, что хочет мне показать свой любимый цветок: он как раз расцвел. Теперь наш поход в оранжерею оправдан со всех сторон.
Больше всего я боялась за фасоль, но она, как ни странно, не подвела. Стоило мне сдавить ее в руке и сунуть в ухо, как я услышала тихий, но внятный голос. Говорил король:
— Я польщен предложением Его Величества Губерта. Принцесса Розамунда достойна восхищения и стать ее мужем — мечта любого. Но принцесса Ксения уже несколько лет считается моей невестой…
— И вы до сих пор на ней не женились, Ваше Величество. Почему?
— Ну…, — затянул Горан, — Она… Или скорее я…
— Вы не влюблены в свою невесту, Ваше Величество, вот и все. Вы привыкли думать о ней, как о чем‑то неизбежном, а это не добавляет энтузиазма.
— Должно быть вы правы, фар Арвиль. Но разорвать помолвку… Не хотелось бы так оскорблять Ксению и ремольский королевский дом. Они нам все‑таки родня.
У Эберхарда на все был готов ответ.
— А если она сама это предложит?
— Тогда я, наверное, порадуюсь. Хотя будет обидно. А на чем основана ваша уверенность в том, что она от меня откажется? У вас есть основания?
— Я никогда бы не обратился к Вам с непроработанным по всем каналам предложением. Изначально мы планировали предложить брак принцессы Лилианы с наследным принцем Губертом. Но он отказался, потому что влюблен в Ксению. Они познакомились в прошлом году на юбилее лиатинского монарха и теперь переписываются. Пожениться им мешает только то обстоятельство, что она — ваша невеста.
Ответ Горана был не в тему и голос короля звучал так, как будто человек никак не может собраться с мыслями.
— Не помню, почему я тогда не присутствовал. Ведь хотел встретиться с невестой на нейтральной территории.
— Вы в тот момент усмиряли мятеж в провинции, Ваше Величество, и не смогли приехать. Так вот, учитывая вышеизложенное, мы разработали план, который бы всех устраивал.
— Мы — это кто?
— Его Величество Губерт, Его Величество Грегуар, их канцлеры и министры иностранных дел, а также ваш покорный слуга.
— Понятно. Так в чем же для меня преимущество Розамунды перед Ксенией?
— Во — первых, Розамунда очень хороша собой. Она пошла в мать, а королева Катарина считается одной и самых красивых женщин континента.
Действительно, портреты жены Губерта часто печатали в газетах именно по этой причине. Я не помнила портретов ее мужа, зато с ее внешностью была хорошо знакома. Роскошная красавица — блондинка, в сто раз лучше Сильвии. Глаз не оторвешь. Если Розамунда на нее похожа…
Эберхард продолжал вещать.
— Во — вторых, она не влюблена в другого. Согласитесь, это существенно. Мать нашла у нее в столике ваш портрет, вырезанный из газеты, это тоже хороший знак. И потом самое важное: между шимасским и гремонским двором очень давно не было семейных связей. С Ксенией вы довольно близкие родственники, а государству нужны здоровые наследники.
До этого я тихим голосом транслировала все сказанное сидящей рядом Лилиане почти без купюр. Нас никто не мог слышать: в оранжерее никого не было. Но тут пошла речь о Лили и пришлось смягчать и кое‑что утаривать.
— Вы меня почти уговорили, фар Арвиль. А Лилиана?
— Принц Хельмут — достойная кандидатура. Он подходит вашей сестре по возрасту и воспитанию. К тому же это не мелочь какая‑нибудь, а наследник трона, будущий король.
То, что король несколько заторможен, можно было услышать даже через фасоль.