У него на груди я впервые дала себе волю и самым позорным образом расплакалась. Не только из‑за прически, я ревела просто потому, что уже была не в силах сдерживать и таить свои чувства. Слезы текли, с ними меня покидало напряжение последних дней, а Кон гладил мою лохматую голову, перебирал кудряшки и уговаривал:
— Не плачь, моя девочка, не плачь, родная. Все будет хорошо.
Потом вдруг взял меня за подбородок и поднял мою зареванную физиономию:
— Дай‑ка я на тебя посмотрю. Слушай, а тебе идет! Конечно, Верка не большой мастер, но вышло неплохо. Но если тебя это так угнетает… Хочешь, завтра я свожу тебя к госпоже Регане и она поправит, что сможет? Конечно, она не принимает без предварительной договоренности, но мне не откажет.
Он говорил так, как будто не понимал, что я плачу не из‑за прически, но мне каким‑то чудесным образом стало легче. Я даже согласилась посетить госпожу Регану.
Стоило мне успокоиться, как пришел Рик с вытаращенными глазами и от порога выдал:
— У меня две новости. Даже три. С какой начинать?
Конрад пожал плечами:
— Да с какой хочешь. Нашли Гесперия?
— О! Это моя новость номер один! Нашли. С ножом в сердце. Его убили и скинули в канаву для нечистот в той части Сармиона, где трущобы.
Там я никогда не была и побывать не имела ни малейшего желания. До сих пор Сармион представлялся мне унылым, но чистеньким и пристойным городом. А там, оказывается, есть трущобы с канавами для нечистот. И Гесперий… О ужас!
Я как вживую увидела этого представительного, элегантного господина, а потом его же, извлеченного из грязной канавы… Рик сказал, что его убили ножом, но мне почему‑то представлялся след от смертельной магии в виде кружка посиневшей кожи на лбу. И тут Рихард просзнес:
— Но у меня большие сомнения, что его закололи. Мне кажется, нож воткнули уже в мертвое тело, чтобы имитировать ограбление. У Гесперия на лбу след от магической молнии.
Конрад спросил спокойно:
— Когда его убили?
— Похоже, почти сразу как он отсюда ушел. Вернее, как только он добрался до трущоб Сармиона. Пришел он туда своими ногами или приехал в карете теперь не установишь. Никто ничего не видел.
Я ляпнула:
— Конечно в карете. Был белый день. Не думаю, что даже аборигены трущоб не обратили бы внимание на убийство с помощью магии прямо на улице. Ведь не местный же житель пустил Гесперию молнию в лоб?! А в карете…
— Да, Марта, ты права, — поддержал меня Конрад, — в карете это проще простого. Он сидит там с тем, кого ни капли не боится, возможно, мирно с ним беседует и вдруг получает молнию в лоб. Затем карета останавливается на минуту, убийца втыкает нож в труп, не боясь испачкать обивку, и выталкивает его из кареты прямо в канаву.
Угу… Это и женщина могла осилить… Можно себе представить, что Леокадия избавилась от сообщника, который почему‑либо стал неудобным.
Рихард смотрел на Конрада во все глаза, в которых прямо видно было, как внутри ворочаются мысли. Кажется, рассуждения друга его убедили.
— Как думаешь, карета наемная? Хотя о чем это я… Другие в трущобы не ездят.
Кон задал следующий вопрос:
— На теле что‑нибудь нашли? Деньги, бумаги, амулеты?
— В том‑то и дело, что нет! — оживленно отвечал ему Рихард, — Ничего, как есть ничего. Одежда есть, а все, что могло быть в карманах, отсутствует. В полиции сначала подумали, что имеют дело с банальным грабежом, поэтому мы так поздно узнали…
Я вспомнила красивые белые руки Гесперия, пальцы в перстнях… Их так просто не снять. Значит, убили его в карете довольно далеко от того места, где нашли. Затем обыскали, забрали деньги, чтобы инсценировать ограбление, сняли все амулеты… Что‑то важное… А, сообразила! Убийца забрал значок школы, который является пропуском и одновременно универсальным ключом. Теперь у меня нет сомнений: тот, кто убил Гесперия, напал сегодня и на меня. Под личиной Авенира могла быть и ведьма. Она, конечно, меньше ростом, чем мужчина, но в тот момент я могла просто не обратить внимания.
— Ты обещал еще две новости.
— Правильно, обещал. Вот одна: завтра с утра Его Величество вызывает тебя, Марта, для приватного разговора.
Э — эээ… Что‑то мне не хочется. Может, факт покушения послужит поводом, чтобы не пойти? На меня напали и я вся такая лежу и встать не могу…
Спросила Рихарда. Он подумал и согласился донести до Горана информацию о том, что я пострадала во второй раз. Что сломано? Да ничего не сломано, просто испуг и нервное потрясение. Конрад с этим планом согласился и даже обещал не возить меня к Регане, а привезти ее ко мне. Объяснение для короля: косметические процедуры на женщин действуют успокаивающе.