— А поподробнее? Понимаешь, два амулета злоумышленник использовал, но три‑то остались. Хочу понять, что он ими может сделать.
Нанни заговорила четко, как будто студентам объясняла:
— Ловчая сеть — это сеть и есть. Она набрасывается на жертву и спеленывает ее. Держится не более получаса, затем рассеивается. Применяется, если тебе не нужно убивать врага, достаточно просто его поймать. Ледяная игла по действию больше всего похожа на метательный нож. В сущности это он и есть, только ледяной. Выгодный амулет для убийц: рана налицо, а оружие никто никогда не найдет: растаяло. Паралич — не смертельное заклинание. Его применяют, когда нужно сделать нечто, а человек мешает. Заклинание его полностью обездвиживает, но не лишает сознания и чувств, так что при необходимости его можно допросить. В отличие от ловчей сети паралич сам не рассеивается, его нужно снимать.
— Как?
— Проще репы пареной. Тот же самый амулет активируешь повторно. Обычно его для этого надо сжать в кулаке. Если так не сделать, то к пациенту придется вызывать мага. Любимый амулет грабителей и шпионов. Обычно те, кто этим пользуются, оставляют амулет рядом с жертвой, чтобы тот, кто найдет беднягу, мог привести его в норму.
Понятно. Выходит, убийственная штука осталась только одна. Уже легче. Но все же, где эта гадина прячется?
Поблагодарив Нанни за ценную информацию, я отпустила ее, а сама взяла лист бумаги и задумалась.
Я мысленно оглядела всю нашу школу и стала прикидывать, где бы спряталась я. В главном здании? Что там есть такого, где можно укрыться? Чердак, каморка под лестницей, каморка над лестницей, архив, подвал.
Таким способом я перебрала все наши строения, не забыла даже развалины. Еще рассмотрела возможность для Леокадии спрятаться в комнатах либо студентов, либо преподавателей. Насчет студентов мне как‑то не верилось, а вот преподаватели… У покойного Гесперия квартира пустая стоит.
Позвала Пина и попросила посмотреть и проверить. У домовых свои обычаи, своя магия и свои возможности. Посылать его обыскивать всю школу бесполезно, он просто не пойдет, а вот посмотреть в конкретной комнате — пожалуйста. Даже если Леокадии там сейчас нет, но она посещала это место раньше, Пин учует. Магам такое и не снилось.
Про квартиру Гесперия я верно догадалась. Пин вернулся через несколько минут и подтвердил: была там неизвестная ведьма, еще вчера была. Ушла примерно перед тем, как на меня покушались во второй раз и более не возвращалась.
Вслед за ней пришел злой, усталый, замученный Конрад и сообщил, что они все углы облазили, везде, где могли, свой нос сунули. Ни один укромный уголок не остался непроверенным: чердаки, подвалы, каморки для инвентаря, сараи, конюшни и даже развалины. Леокадии нигде не обнаружено, но и признаков того, кто она покинула школу, тоже нет.
Я доложила ему то, что мне рассказали Нанни и Пин и добилась‑таки полного изумления и восхищения взгляда.
— Марта, как тебе удалось меня обойти? В тебе же нет ни капли магии, а ты узнала то, что мне никто не захотел поведать.
Не стала я ему объяснять, что это тоже магия — магия простых человеческих отношений. Ну ладно, Пин — мой домовой и попросить его могла только я. А вот Нанни могла пойти со своей информацией к кому угодно, но выбрала меня. Конрада все почему‑то боятся и ничего ему не рассказывают, если только он не надавит. А ко мне привыкли ходить плакаться по любому поводу, сделать магам и ведьмам плохое я неспособна по определению.
Конрад заставил меня еще раз повторить все, что сказала Нанни, записал названия оставшихся амулетов и постарался меня успокоить. Если я сегодня не стану покидать свою комнату, то буду в безопасности. А новая прическа ему очень нравится, так и хочется прижать меня к сердцу и не отпускать во враждебный мир.
Я как раз этой реакции и боялась. Он меня и так защищает, не хватало еще, чтобы ради сохранности засадил за высокий забор или упрятал в крепкий ящик. Пока опасность не миновала, так и быть, посижу под замком, но когда все закончится, пусть и не мечтает держать меня в клетке.
Затем Конрад стал меня умолять уговорить Пина поискать Леокадию. Если она могла прятаться в пустой квартире Гесперия, то почему не может скрываться у кого‑нибудь из преподавателей? Ее очарование вполне способно снести крышу любому из наших магистров. Кто‑то же провел ее на территорию в тот, самый первый раз. Гесперий убалтывал охранника на воротах, но был другой, вместо с кем под ручку она вошла.