— Пока не знаю, Лойко. Я еще не делила между нами группы. Но не исключаю возможности, что вести у вас дальше буду не я. Так что постарайтесь произвести на профессора приятное впечатление.
И начала занятие. Графики линейных функций. Конечно, для нас с Вольфи материал школьный, но для этих ребят и такое в новинку, они в школе дальше арифметики не продвинулись.
Поэтому Теттерхоф скучал на своем заднем ряду, пока я не решила оживить занятие и не предложила ребятам подумать, какие из известных им магических процессов можно описать простой линейной функцией.
Они охотно включились в процесс и стали вспоминать, называя разные заклинания и тут же предлагать варианты функций, их описывающие. Некоторые пришлось отбросить как явно степенные, но в основном мы двигались в верном направлении.
Я записывала предложения ребят на доске, а их вызывала по очереди рисовать графики. Вдруг поймала выражение лица Вольфи и почувствовала законную гордость: он не сидел с унылой рожей, как в начале нашего занятия, а увлеченно что‑то записывал в свой блокнот.
Когда пара закончилась, я повела его на обед. Глаза у моего старого приятеля горели:
— Марта, я даже не представлял… Тут поле непаханное! Они же ничего не знают, и вместе с тем… Я понял, почему ты этим занялась! Новая область знаний! Сначала меня рассмешила твоя формулировка „Теоретическая магия“, а теперь я вижу: так оно и есть! Спасибо тебе, что пригласила! Огромное спасибо! Мы с тобой будем первыми в мире специалистами в этой новой науке!
Я не стала указывать Вольфи на свой приоритет, не в нем дело. Хочет быть первым — пожалуйста, мне не жалко. Главное, чтобы работа шла. И хорошо, что у нас с Вольфгангом разные личностные качества. Он гений, этим и берет, а я старательная и усидчивая. Вместе мы сила!
Пока он изливал мне свой восторг, мы дошли до столовой. Асти уже сидел и караулил места для меня и остальных из нашей теплой компании. Ни Рика, ни Конрада пока не было. Я познакомила Вольфи с Громмелем и они зацепились языками, причем сразу и накрепко. Ну и отлично, будет у него с кем, кроме меня, пообщаться.
Подавальщица принесла суп и салат.
Надо сказать, после того, как я уличила наших поваров в воровстве, а ар Герион их напугал до потери пульса, ситуация с едой заметно улучшилась. Выгнать пришлось только самого главного: он так зажрался, что всякий страх потерял и пытался внушить магу — защитнику, что повар не может не воровать продукты, иначе он не повар. В результате убежал впереди собственного визга, а на его место Зорко назначил его второго помощника. Временно, пока не найдут нового шефа. Напуганный Конрадом и вдохновленный открывшимися для него карьерными высотами, новый повар так старался, что я уже подумывала оставить его в этой должности.
Голодные Вольфи с Асти так набросились на еду, что за ушами трещало. Я смотрела на них с умилением. Выглядели они на удивление похоже, просто родные братья. Оба светловолосые, круглолицые, голубоглазые, только что Асти покрасивее, а Вольфи покрупнее, да и колер у него погуще, не такой акварельный. Не удивляюсь, что эти два гения в разных областях сразу нашли общий язык.
Тут пришли Рихард с Конрадом и за столом стало вдруг заметно холоднее, как будто северный ветер подул. Но вольфи уже почувствовал себя в своей тарелке и недружелюбными взглядами его было не сбить. Он радостно приветствовал вновь пришедших, как будто расстался с ними не полтора часа назад, а по крайней мере полгода. Затем, с горящими глазами стал вываливать на них свои свежие впечатления.
— Как я рад, что вы отвели меня на занятия к Марте! Это потрясающе! В смысле, это же ужасно: маги совершенно не подготовлены математически! Они ко всему подходят методом тыка! Это недопустимо! Все же можно заранее рассчитать! Будет вернее и безопаснее! Но Марта! Это такой молодец! Я ее просто обожаю!
Красивый, звучный голос ректора заскрипел, как старая садовая калитка:
— Уважаемый Теттерхоф, а вы давно знаете Марту?
— Всю жизнь! Она мне как сестра! — махнул рукой Вольфи, — Знаете, раз вы ее друзья, зовите меня как она: Вольфи. Профессор Теттерхоф — это для студентов. Пусть они языки ломают.
Мне показалось, или слова моего приятеля оказали на Рика с Конрадом положительное воздействие? Они смягчились и следующий вопрос звучал уже приятнее:
— Тогда зовите меня Риком, а его — Коном. Но только если студентов нет поблизости. Вы сказали, Марта вам как сестра. Значит ли это, что отношения у вас родственные?