Ректор явно недооценил Вольфганга. Тот с воодушевлением начал рассказывать:
— Понимаете, я учился у Мартиного отца. Господин Аспен, он меня выделял, нередко приглашал в дом, на обед. Там я и познакомился с Мартой. Она тогда еще была мелкая, но очень умная девочка. С самого детства интересовалась не разной ерундой, а наукой. У нее трое братьев и никто, никто не захотел пойти по стопам отца! А ею он мог бы гордиться! Лучшая ученица школы! Но можете себе представить: господина Аспена это не радовало. Наоборот, успехи дочери его раздражали. Думаю, это влияние госпожи Аспен. У нее очень консервативный взгляд на мир. По ее мнению, девочка должна интересоваться платьями и женихами. А то, что у Марты более разумный взгляд на мир, ее не устраивало. Меня до сих пор возмущает такое отношение. Оно по меньшей мере несправедливо. Понимаете: Марта уникальна. В наш университет поступает довольно много девушек, но только единицы работают потом по специальности. В основном они ищут там женихов, выходят замуж и отправляются стирать и варить супы. Думаю, для варки супов не нужно высшее образование. Есть те, кто не следуют этому пути, но их мало. А таких, как Марта, способных двигать науку, я вообще не встречал. Поэтому да, вы, наверное, правы. У меня к Марте родственное отношение: мы с ней брат и сестра по разуму.
Пока Вольфи с горящими глазами излагал нашим магам историю моей жизни, я наблюдала, как меняются их лица. Из настороженных превращаются в доброжелательные. Фраза ро брата и сестру по разуму меня вообще убила, а на Рика с Конрадом подействовала, как будто Вольфи произнес тайный пароль, позволяющий считать его своим. Что это было, хотелось бы мне знать? Снова ревность? Но с какого такого перепуга эти двое принялись меня ревновать? Я им ни повода, ни права не давала.
Конрад опомнился первым и перевел разговор в более конструктивное русло:
— Я удивился, что вы приняли ее приглашение, учебный год ведь уже везде начался. Не сложно ли было оставить старую работу?
Вольфи вздохнул, понимая, что придется признаваться:
— Наоборот, приглашение пришло очень вовремя: я как раз думал, куда устроиться. Видите ли, я до этого работал в Лиатенском университете, но мне пришлось оттуда уйти, и в тот момент, когда от Марты пришло письмо, я сидел без работы.
Конрад с невозмутимым лицом переспросил:
— Уйти? А не скажете, что случилось?
Вольфи засмущался, покраснел.
— Мне бы не хотелось рассказывать подробно. В трех словах… Там была довольно грязная, как я потом понял, история, и я встал на сторону тех, кто, по — моему, были правы. Но они проиграли.
Знаю я эти грязные истории. Заступился, небось, за какую‑нибудь дурочку, которая не захотела спать с начальником. Или за тех, кто отказывался отдать свои результаты сынку какого‑нибудь богача, чтобы тот мог получить звание мастера. Зная Вольфи, не удивлюсь, что уволиться пришлось только ему. Эти правые проигравшие пошли, полизали задницу начальства и их не тронули, а вот Теттерхоф…
Рик довольно рассмеялся.
— Принципиальный конфликт с руководством. Знакомо. Ну что ж, Вольфи, добро пожаловать в наш клуб борцов за справедливость. У нас тут все такие: уволились и уехали в Шимассу, потому что не могли смириться с бесчестными поступками руководства.
Я осторожно пискнула:
— Кроме меня.
Но ректор махнул на меня рукой.
— А ты у нас вообще пострадавшая. Представляешь, Вольфи…
И в нескольких емких фразах рассказал историю о том, как я загремела в эту школу. Вольфганг был возмущен сволочным поведением магов из Элидианы, но утешился тем, что они же на это проиграли.
Пока мы так общались, подавальщица принесла второе и десерт. После обеда я утащила старого друга в свой кабинет и сунула ему в нос свои учебные планы и все материалы, которые успела подготовить.
— Смотри, думай, я только начала, дальше будем трудиться вместе.
Сама взялась за расписание: надо решить, какие группы я заберу себе, а какие оставлю Вольфи. Сначала хотела поделить так: каждый день оставить себе по одному занятию. Потом подумала и сделала по — другому: по два занятия, но не каждый день. Если я задумаю что‑то грандиозное, лучше иметь возможность работать, не разбивая время.
Заодно вспомнила про свои планы относительно девушек. Я же собиралась провести опрос и выяснить, почему их так мало учится. Можно критиковать мой подход, но я не имела возможности поговорить с теми, кто учиться не пошел и узнать, по какой причине они отказались от образования. Зато спросить тех, кто уже учится, почему и с какой целью они здесь, я могу. Тем более что девушек у меня немного, всего четырнадцать. Если исключить Верку, про которую я все знаю, тринадцать.