Впервые после того, как он потерял братьев он наслаждался. Улыбка растянулась во весь рот. От такой улыбки многим из слабых дроу стало бы не по себе. Слишком безумной она была.
— На! — вонзил он меч первому ящеру в глаз. Второму он срубил голову. Первым делом надо было лишить наездников средства передвижения.
Он продолжал нестись вперед и самые сильные всадники шли вровень с ним. Гнолли как-то умудрились оказаться в их числе, и теперь их ездовые животные громко рычали и завывали на всю арену, изредка вступая в схватку с монстрами.
Толпа гудела и улюлукала. Все забыли, что происходило в самом начале Праздника Тьмы. Глаза и мысли всех были обращены только на то, что происходило здесь и сейчас.
— Получай! — мстительно вскричал Аль' Джэр'Каль и сдернул плеткой одного из всадников, тот кубарем покатился и по нему пронеслись десятки других ездоков. Правда, он поставил защиту тьмы, так что отделался ушибами.
Пришлось ему и самому отбиваться от дюжины соперников плеткой и путами тьмы, но он с ними легко справился несколько раз махнув мощным потоком тьмы. Зато в ответ он выдернул из седла еще двоих слабосилков.
С каждым кругом на песке Арены прибавлялось трупов, которые то тут, то там валялись, преграждая путь. Не сразу, но Аль' Джэр'Каль заметил странную вещь: кровь двигалась не так, как должна была. Вся кровь, от каждого трупа и туши твари, стекала к небольшому желобку, который окружал внутреннюю часть арены, не предназначенную для заезда, и исчезала где-то внизу. То, что это дело рук вампиров стало понятно сразу. Вопрос заключался в другом — а зачем им это вообще нужно? Зачем им столько крови?
Тем не менее, очень скоро мысли Аль' Джэр'Калья вернулись к происходящему арене. Несмотря на его подавляющее превосходство, тут всё же было опасно: не один тут был засланец, а его запас Тьмы был не так уж велик — слишком уж скуден был на энергию этот ярус. Кроме того, он уже ощущал от наиболее сильных участников борьбу за разлитую в воздухе Тьму, которой, это очевидно, на всех бы не хватило.
Промчавшись мимо группы слабых, отстающих наездников, он сдернул плеткой тьмы троих из них, и те свалились на скорости расшибая себе головы и руки-ноги. На упавших сразу накинулась парочка выживших тварей подземелья злобно щелкая жвалами.
Несколько дроу попытались схватить его, но получили плетками тьмы по лицу, и, сразу уяснив себе расклад сил, нашли противников послабее.
Немного отпустив контроль над многоножкой, он дале ей возможность сожрать парочку голов ящеров и убить одного израненного дроу. Вскоре его начали объезжать как можно дальше, а от многоножки — шарахаться.
И вновь его взгляд проследил за кровью, которая словно живая продолжала стекать куда-то вниз.
Похоже на очередное дерьмо. — подумал он.
Зур'дах смотрел на гонку. Было что-то захватывающее дух в том, на какой чудовищной скорости ящеры гнали вперед и старались обойти друг друга. Впервые гоблиненок видел такое зрелище — и оно поражало. Рядом, не скрывая восторга, ахали и обсуждали всё это дети.
Ящеры развивали сумасшедшую скорость, обгоняя друг друга — это не были тоннели подземелья, где куча препятствий и за каждым поворотом ждет очередной хищник. Тут эти зеленокожие существа могли показать все свои физические возможности просто мчась вперед, догоняя ветер. Но, к удивлению Зур'даха, не меньшую скорость развивал необычных всадник на огромной многоножке. Он ощущался особенно опасным.
Поток всадников постоянно обдавал их группы мощными порывами ветрами от мчащихся на предельной скорости ящеров. Однако, всё удовольствие, которое испытывал Зур'дах от гонки, скоро испортили.
Дроу снова превратили всё в бойню. На арену начали выпускать монстров. Все они были знакомы гоблиненку, как и остальным детям.
В воздухе отчетливо запахло кровью и смертью. Нет, убитых тварей ему было не жалко, как и дроу. Но он понял, что скоро начнется новый этап. Как-только останется один, — победитель, — начнутся новые бои, на которые выпустях их. Пока же на арене продолжались гонки, совмещенные с боями.
С разных сторон выскакивали новые и новые твари. Но большинство всадников, владеющих тьмой, было не так просто взять: они замедляли, удерживали монстров, убивали огромных насекомых.
Количество всадников неуклонно уменьшалось и наибольшую роль в этом сыграли они сами, убивая друг друга. К удивлению Зур'даха они не использовали сложных техник и всё их применение тьмы ограничивалось плетками, хлыстами. Только всадник на многоножке изредка использовал небольшие, но убийственные техники.
— Вот дерьмо, ничего не видно. — прошипел Маэль, когда всадники зашли на новый круг.
Но уже через минуту поредевшая группа всадников домчалась до них, окатив брызгами крови, вонью пота и громкими ругательствами. Кто-то победно кричал. Другому на повороте воткнули под ребра клинок и он свалился прямо перед решеткой их группы, захлебываясь кровью.
Старший наставник, не долго думая, отпихнул его ногой подальше от прутьев.
Гонка продолжилась.
— Смотри! — ткнул его в бок Маэль, — Кровь убегает…
Несколько секунд Зур'дах смотрел на кровь и та действительно текла куда-то в сторону, словно обладая собственной волей.
Внезапно гоблиненок застыл не двигаясь. В сознании происходили какие-то необратимые процессы. Назревал какой-то взрыв.
Джуэль наблюдал за тем, как на Арене разворачиваются события, и когда пролилось достаточно крови, решил что пора заняться главным — ритуалом Воплощения. Гонка подошла к концу и была пора выпускать огромных тварей, которые начнут рвать друг друга на части и прольется еще много… очень много крови, и почти сразу после этого на убой пойдут обычные бойцы, завершая этот кровавый пир — ширму, прикрывающую настоящие события.
Вампирам нужна была свежая, только пролившаяся кровь для своих манипуляций — и сейчас ее было с избытком.
Вокруг арены, на высоких пирамидальных постаментах, в количестве тридцати штук уже стояли члены клана Мальеки. Рядом находились отобранные драуки с хорошими способностями к тьме. Уже сейчас тонкая паутина Крови, смешанной с энергией Тьмы, оплетала Арену, трибуны и всё вокруг, создавая непроходимую сеть, которая не позволит быстро выбраться из ловушки даже членам Рода. Впрочем, ими займутся те, кто внутри.
По тайному ходу Джэуль с девушкой добрались до центра арены, где было подземное помещение с небольшим алтарем, в который стекалась вся кровь с арены. Тут уже стояла троица вампиров тщательно контролирующая процесс сбора крови. Эти трое по уровню были не ниже самой Мальеки.
Присутствие Джэуля с его длинными лапами заставило всех их чувствовать себя некомфортно, помещение было небольшим. Зато он ощущал, что контролирует их всех.
Рядом бесконечными потоками стекались в центр небольшой ямы с символом Праматери паучки. Тысяч и тысячи, от мелких, до достаточно крупных, размером с ладонь. Все они уже образовали огромный копошащийся шар.
Джэуль стал в центре и произнес:
— Начинай….
В груди его запульсировала черная метка, а тьма начала тянуться к нему.
Вампиры вместе с Мальекой начали формировать кровавый шар. Сначала небольшой. Через пару мгновений шар начал поглощать пауков — тысячи пауков вливались внутрь в него по своей воле, увеличивая его.
Сверху на арене продолжалась бойня, которая ежесекундно поставляла новые и новые потоки свежей крови сюда, в центр пещеры.
Наверное, часть дроу ожидала спланированного Праздника, где одно развлечение сменяется других. Джэуль ухмыльнулся — это было не нужно. Чем быстрее всё закончится — тем лучше для него. Конечно, всё можно было бы провести тайно, но… тогда бы все эти члены восьми родов не послужили бы Праматери, а сегодня они увидят ее мощь и величие, и станут Обращенными. После этого пути назад не будет.
К нему пробилась мысль Варгуса.
Выходы заблокированы. В Святилищах принесены первые жертвы. Можно начинать.
Хорошо, собрат, я свяжусь с Айгуром.
Одновременно с этим, Джэуль отпустил трансформацию полностью, и на его лице начали появляться еще три пары крохотных паучьих глаз. И они увеличивались с каждой минутой.
Наверху выпустили монстров, и, почему-то, одновременно с этим выпустили бойцов. Кто-то ошибся. Но это было неважно.
Миг — и Джуэль мощным усилием послал через Черную Метку сигнал Айгуру о том, что пора начинать. Самое важное было на нем.
Глава 130
Бойцовские Ямы Айгура
Наконец-то. — подумал Айгур, когда метка на груди зажглась огнем и к нему пришла четкая и понятная мысль Джэуля — Пора начинать.