Тогда она станет ещё полезнее, подумал Артур и вернулся к бумагам.
И в комнате наступила тишина.
Приятная прохлада исходила от желтеющего небо — казалось, где-то на горизонте огромный золотистый павлин пучил свой хвост. Тонкие облака натягивались на земной угол; переливы света сияли в небе неподвижно — и земля ещё пребывала в темноте.
Из рукава служанки выбрался и забрался ей по плечу и на макушку цыплёнок.
Щёлкали стрелки высоких часов. Переливы бледнели светом. В один момент в дверь постучали и плавно вошёл дворецкий, высокий и опрятный золотой эльф. Он наклонил голову, и его длинные волосы зависли в сантиметре над землёй.
“Мастер”. Обратился он, исподлобья оглядывая помещения. Его взгляд ни на секунду не задержался на Арке.
“Всё готово, желаете сделать всё сейчас?”
“Давай”. Небрежно ответил маг, не вполне понимая, о чём была речь. Наверное, о завтраке.
Дворецкий поклонился и вышел. Артур не спешил продолжать читать, он уставился в потолок. Вскоре дверь снова открылась, и вошла девочка совсем малых лет с серебристыми волосами и темной кожей. На ней были кальсоны и белая майка. За ней медленно вошёл мальчик с миловидным личиком, в платье с цветочным узором и в туфлях.
И наконец вернулся сам дворецкий. В одной руке он нёс золотистый тазик с водой. Его он поставил на пол. В другой у эльфа была курица, живая — дворецкий было собирался кинуть её в таз, но заметил вдруг цыплёнка, опешил и унёс назад. Секунду спустя он возвратился, достал с пояса плеть с металлическими зазубринами и с поклоном положил её на стол перед Артуром.
“Наслаждайтесь, мастер”. Сказал он и немедля отлучился.
Артур посмотрел на детей, на плеть, на тазик, на цыплёнка…
И растерялся.
С одной стороны, он был в целом рад, что ничего в этом не понимает, но с другой обстоятельства были немного неловкими. Юноша медленно повернулся к Джозефу, который сидел на балконе. Мужчину сразу же сделал очень оскорблённый вид:
“А я тут причём? Я тоже не знаю. И с каких пор ты так дурно думаешь обо мне, Эрхи?”
Артур кивнул и медленно повернулся назад, к детям. Мальчик дрожал. Девочка хмурилась наклонив голову.
“Он забыл мыло”. Вдруг механическим голосом сказала Арка, и не успел Артур переспросить, как вдруг снова хлопнула дверь и вошёл дворецкий с большим жёлтым куском мыла. Эльф опустил его в таз, поклонился и снова вышел.
Артур и Джозеф одновременно повернулись к служанке.
Она пожала плечами.
“У меня был опыт”.
…
…
…
Юноша покачал головой. Одна из проблем кражи чужих лиц в том, чтобы затем следовать неизвестному распорядку и вливаться в неизвестную жизнь. Маг профессии Многоликий кроме лица крадёт ещё и воспоминания, и даже чувства и кровные связи своей жертвы. Иллюзия, которую демонстрировал сам юноша, была довольно примитивна; обмануть мага ею было невозможно. Даже Древо его распознало; этот был трюк пригодный только для обмана детей.
Кстати о детях.
Артур потёр брови и ещё раз взглянул на пару из девочки и мальчика. Второй был в ужасе, страх внутри него как будто нарастал, словно звон, который множился от собственного эха и потряс его тельце; девочка на контрасте не двигалась, но в её глазах было что-то животное, тёмное — и мало разума.
Маг покачал головой, и собирался уже отправить их назад, и уже почти заговорил, как вдруг что-то словно треснуло в мальчике — и он побежал. Со всех ног он помчался к балкону, его туфли застучали в совершенно тихой комнате. В спешке он зацепился за подол платья и рухнул на землю и уже начал подниматься как вдруг со спины на него кто-то навалилась. Ребёнка мощно ударил в землю лицом, и затем ещё раз и ещё, оставляя разбитый кровавый след. В один момент раздался хруст, и лицо мальчика обратилось параллельно спине. Страх и свет померкли в его глазах.
Девочка встала, продолжая немного горбится, и распростёрлась перед магов в поклоне, прямо над мёртвым телом.
Артур задумчиво наклонил голову.
67. Каламбур
Артур посмотрел на мёртвое тело мальчика в цветочном платье, затем на девочку, согнувшуюся и в то же время поглядывающую на мага карем глаз. Артур примерно понимал, что она хотела сказать этим своим поклоном. Ему не впервой было иметь дело со зверьми; эта девочка показывала, что сделала хорошее дело — остановила беглеца и молила теперь о своём, возможно освобождении, возможно вознаграждении — для неё это наверное была бы косточка — это особенно не важно.
Маг собирался уже позвать дворецкого, чтобы он её увёл — у него были дела поважнее — как вдруг интересная идея вдруг пришла Артуру в голову. Он подумал, покосился на бездыханное тело и затем попытался представить себе лицо девочки без оскала — оно оказалось вполне маленьким и невинным.