— Ты уверена? — аккуратно поинтересовался тот же мужчина, чувствуя фальшь в ее словах. — Мы тебя не гоним, можешь побыть здесь, если нужно время, чтобы прийти в себя.
— Это совершенно точно, — Ванесса мягко улыбнулась и наконец-то встала, отряхивая платье. Удивительно, но оно было практически в идеальном состоянии. Она чуть обернулась, кивнула мужчинам в знак благодарности и относительно быстро отправилась к выходу.
Оказавшись снаружи, Ванесса вновь едва не потеряла сознание. Ее охватила паника, легкий ужас и целый вихрь непонимания. Повсюду огромные здания, толпы людей, диковинно одетых, все вокруг окутано суетой, шумом и… Никаких карет, лошадей. Ничего, что было близко и знакомо Ванессе. По странным дорогам ездили странные… Боже, что это вообще такое? Это не похоже на карету, не похоже ни на что известное ей, какой-то странный аппарат, непонятно на какой тяге двигающийся. И этот ужасный шум, он буквально сводит с ума. Что же, теперь она хотя бы поняла, почему те мужчины отметили «странность» ее наряда: действительно, никого похожего на себя на улице она не увидела, отчего появилось необычное чувство неловкости, захотелось провалиться сквозь землю. Но это невозможно, а стоять столбом точно не вариант. Ванесса решила идти вперед, просто вперед, по парку. Ходьба всегда ее успокаивала и настраивала на долгие размышления, в которые она частенько любила погружаться. Ванессе невероятно повезло, ей не пришлось пересекать проезжую часть, иначе бы она просто оказалась под колесами той самой неизвестной ей «машины», потому что познавать пока непонятные и необъяснимые «современные» правила ей придется еще очень долго.
В самой глубине Центрального парка, благо, оказалось в разы тише. Появилось ощущение спокойствия, но такого незначительного, что оно едва касалось Ванессы. Она ощущала легкий, почти неуловимый шлейф этого спокойствия. Итак, что ей известно? Ответ очевиден: почти ничего, но тем не менее некоторые факты все же стоит структурировать. Она знает, кто она, помнит все свое прошлое. Знает, что находится в Америке и, скорее всего, далеко не в том времени, которое помнит, ведь мужчина упомянул о том, что платья, как у нее, не носят уже полвека. Вероятно, это… Будущее? Других вариантов не было. Ровно, как и предположений о том, как она здесь оказалась и что ей дальше делать. Что могло произойти? Что, или, вернее, кто спровоцировал это ее «оживление»? Ведь произошло именно «оживление», как это назвать иначе? Она умерла, умерла на руках Итана. Воспоминания о том дне никогда не покинут Ванессу. Так по чьей воле она снова оказалась в этом мире? И как ей найти ответы на эти вопросы? Погруженная в свои мысли о том, что даже после смерти ее душа не обрела покой, Ванесса даже не заметила, как буквально врезалась в мужчину, чуть не сбив его с ног.
— О, простите, я сегодня сама не своя, — она виновато улыбнулась и едва успела поднять глаза, как тут же улыбка спала с ее лица.
— Ванесса? — ошеломленно спросил мужчина, бегло осматривая ее. Вне всяческих сомнений он ее узнал: платье, голос, мимолетная улыбка. Это была она, та самая Ванесса Айвз, что разбила его сердце.
«Прекрасный юноша из нашей мечты», — именно так однажды его описала Ванесса. Он совсем не изменился, ни на одно мгновение не постарел, а его голос остался таким же чарующим. Наверняка он до сих пор устраивает приемы, стремится к чему-то неизведанному, никогда не говорит «нет» и все так же, точно так же, как и раньше, стремится познавать что-то новое каждый день своего вечного существования.
— Дориан? — шепотом, почти одними губами спросила Ванесса, не требуя ответа. Впрочем, как и не требовал он в своем вопросе. Скорее, это был обмен очевидными фактами. Она еще в момент знакомства поняла, что у него есть секрет, что он так же по-своему уникален, как и она, поэтому удивление ее было скорее от самого факта их встречи, но никак не от того, что Дориан может жить в это время. — Я не знаю, кого благодарить за эту встречу. Неважно, Бог тому причина или Дьявол, но то, что мы встретились...
— Судя по твоим растерянным глазам и внешнему виду вопросов у тебя немало, — Дориан Грей улыбнулся ей прежней юношеской улыбкой и галантно взял ее за руку, легко поцеловав, как раньше. На секунду этот незначительный жест подарил Ванессе ощущение присутствия в днях, которые давно минули.