Он и в самом деле иных планов не имел. Крестьянствовать не разучился и сейчас, отвоевав, ждет только колхозной работы.
Вскоре старобешевцы встречали еще одного прославленного своего земляка — Василия Цысса. Он тоже отличился в боях и тоже получил звание Героя Советского Союза.
В колхоз возвратились с войны Иосиф Пефтиев и Георгий Николаев. Первый возглавил полеводческую, вторую огородную бригады. Мужественные солдаты, они принесли в артель организованность и дисциплину.
Вернулся с Урала Дмитрий Лазаревич Коссе, работавший всю войну на военном заводе. Колхозники снова избрали его председателем, доверили ему артельное хозяйство, которое он так умело вел в предвоенные годы.
Положение в «Запорожце» было не намного лучше, чем в «Политотделе». Колхоз остался без семян, без живой и механической тягловой силы. Подошло время сеять, а колхозу даже не на чем было перебросить семена, находились они в двадцати пяти километрах от Старо-Бешева. Что делать?
Дмитрий Лазаревич начал мучительные поиски, но все было безуспешно.
Как-то в полдень к нему пришли колхозницы Александра Бурлаева, Ольга Михайлова и Мария Серафимова и сказали ему примерно так:
— Слушай, председатель, на транспорт надейся, а сам не плошай.
— Может, посоветуете, как доставить семена? — сдержанно поинтересовался Коссе.
Женщины ответили ему, что семена они доставят.
Поверить было трудно. Перенести на руках такую тяжесть! Но колхозницы взялись.
Шел дождь, дороги раскисли, но три женщины — Бурляева, Михайлова и Серафимова, испросив «благословения» председателя, отправились в нелегкий путь. К вечеру дождь усилился. Холодный ветер забивал дыхание. Идти пришлось всю ночь, по щиколотку увязая в грязи. Всего их путь в оба конца длился два дня и две ночи.
На третий день рано утром, утомленные, забрызганные грязью, голодные, но довольные и радостные, возвратились они в деревню. И не с пустыми руками, а с семенами — принесли на себе четыре пуда.
Тут же, следуя примеру этих женщин, за семенами отправились уже двадцать пять человек. Впереди шел Василий Кузьминов.
Так были полностью переброшены нужные для сева семена. А потом трактористы засеяли озимые. Посев продолжался всего десять дней. Для того времени это считалось большим достижением.
В просторной комнате шло заседание правления колхоза. Председательствовал Дмитрий Коссе. Рядом с ним сидела Паша. Обсуждали план организации сельскохозяйственных работ. Как всегда, разгорелись горячие, азартные споры. Старые и молодые хлеборобы, истосковавшиеся по родному делу, с беспокойством за будущий урожай по-хозяйски разбирали, как лучше провести посевные работы, как наладить животноводство.
Дмитрий Коссе сперва познакомил членов правления с некоторыми довоенными данными. Он говорил о величине посевной площади, о поголовье скота, назвал отдельные статьи бюджета, заинтересовал слушателей таблицей, в которой были указаны выработанные каждым колхозником трудодни.
Потом Дмитрий Лазаревич говорил о сегодняшнем и завтрашнем дне колхоза.
— Главная наша задача — взять от земли все, что она может дать, чего отцы наши и мы сами взять от нее не сумели. До войны средний урожай зерновых достигал не более ста — ста двадцати пяти пудов с гектара. Правда, в лучшие урожайные годы озимые давали вкруговую по сто пятьдесят пудов- Если мы кое-как мирились с такими показателями, то только потому, что другие хозяйства, соседние, получали еще меньше. Теперь нам необходимо удвоить посевные площади и поднять урожайность всех зерновых культур не менее чем на двадцать пять процентов. Надо увеличить и посевы гречихи и проса. Практика показала, что нам экономически выгодно сеять эти культуры. Ведь благодаря им мы получаем не только зерно, но еще и высокоценный корм для скота. Особое внимание следует уделить пропашным культурам. Надо расширить посадку картофеля, капусты, моркови, корнеплодов. А главное, механизировать междурядную обработку пропашных. Я предлагаю, например, урожайность картофеля довести до трехсот центнеров на гектар.
— Во как! — воскликнул бригадир полеводов Иосиф Пефтиев и предложил договориться с дирекцией МТС о том, чтобы сажать картофель по зяби и под плуг. Ведь если действовать, как раньше, вручную, то и на семена собрать не удастся. Степь!
Председатель сказал, что на прошлой неделе их слушали в райкоме партии и там обо всем договорились. МТС обязательно колхозу поможет.
— Ну, тогда планируй по картофелю все триста пятьдесят центнеров, — заключил Пефтиев.
— Надо думать, сговоримся и на большее, — сказал Коссе и обернулся к Паше: — С какого бока ни поверни, а нашим механизаторам придется потрудиться больше всех. Так ведь, Паша?
Все взоры были сейчас обращены на Ангелину.
— Наши трактористы проложат дорогу к урожаям. — У Степана Ивановича Николаева не только голос, но и глаза подобрели, когда он произнес слово «трактористы». — Полагаю, что мы можем смело на них положиться, они наверняка осилят нашу программу.
— Так как считаешь, Паша? — еще раз спросил Коссе. — Есть тут что-нибудь невыполнимое?
Паша молчала. Следя за разговором членов правления, она мысленно подводила первые после возвращения из эвакуации итоги работы своих трактористов. Не чрезмерно ли хвалят их? Не переоценивают ли их возможности? Нет, они могут сделать очень многое, и своим трудом они уже снискали любовь и уважение колхозников.
…Немецкие оккупанты нанесли тяжелые раны Старо-Бешевской МТС; до войны она была одной из крупнейших машинно-тракторных станций на Украине, мастерские ее были оснащены первоклассными машинами и оборудованием. Гитлеровцы превратили мастерские в груды развалин: не было достаточного количества станков, совсем не было запасных частей. Неудивительно, что в этих условиях находились «мудрецы», которые предлагали «ставить на тракторы что попало» и уверяли, что «никак не удастся отремонтировать тракторы, как в довоенное время».
Паша и ее трактористы с первого дня возвращения домой держались иного мнения. Они тогда же заявили, что берутся отремонтировать машины лучше, чем до войны.
Считанные дни, остававшиеся до выезда в поле, протекли для Паши как в тумане. Из-за недостатка слесарей и механиков, из-за того, что приходилось готовить самим запасные части, тракторная бригада не покидала усадьбы МТС.
Каждое утро во главе со своим бригадиром трактористы Антон Дмитриев, Иван Пефтиев, Елизавета Челпанова, Вера Костина, Леля Ангелина и Илья Савин забирались на склады, где был свален металлический лом, или отправлялись в поле, где вдавленные в землю валялись остатки подбитой гитлеровской техники, и отыскивали мало-мальски подходящие части. В результате за короткое время они собрали и изготовили собственными силами более чем на 75 тысяч рублей запасных частей к тракторам и прицепным сельскохозяйственным машинам.
Каждый тракторист вкладывал в работу весь свой опыт, всю свою энергию. Не было станка для расточки подшипников — собрали станок собственной конструкции и выполнили на нем эти ответственные операции. Недоставало фланцев — научились изготовлять их сами.
Все детали тщательно проверялись, подгонялись. Если после первого испытания тракторист обнаруживал в машине какой-нибудь даже незначительный дефект, он снова разбирал этот узел и вновь тщательно его ремонтировал.
Самоотверженный труд трактористов на ремонте сторицей окупился на пахоте и севе. Весенний сев в том первом послевоенном году бригада Ангелиной провела за четыре дня. И за все эти дни не было ни одного случая, чтобы какой-нибудь трактор вышел из строя. А ведь работали почти что круглые сутки, и в бригаде были такие молодые трактористы, как Киля Кильянова и Клавдия Михайлова, впервые севшие за руль трактора в 1944 году.
Обо всем этом думала Паша, когда к ней обратились члены правления.
— Что и говорить, — словно угадав, чем заняты сейчас мысли бригадира трактористов, сказал Григорий Харитонович Кирьязиев, — чиста у наших механизаторов перед обществом совесть.