- Много плутаем! - крикнул Нефёдову водитель Андолицкий. - Так скоро соляра вся выйдет!
И правда, выйдет. Ведь не дозаправишься. Дизельный мотор жрёт, как не в себя. Хоть припаркуйся на обочине, да и стой.
Что-то зреет и у самого Брянска, и здесь тоже. Прорывайся - не прорывайся. Если стоять, оно вызреет всё равно. Мутанты затеяли сложную игру. Их цель - разобраться с Заслоном. Они перекрыли все дороги, чтобы сорвать снабжение Наших-друзей-из-Заслона боеприпасами. Ещё выждут - и нападут наверняка. Тут и до трёх БТРов дело дойдёт. Как и до всякого, кто не сумел найти дороги наружу.
- Капитан! - голос полковника Снегова по радиосвязи. - Дальше искать нечего. Возвращаемся к базе Сокола.
То есть, к базе Заслона на реке Селезень. Хорошо, поехали.
Собственно, если понадобится стоять и пережидать, то лучше там.
В самом лучшем случае - если мутанты чего не затеют - можно будет через месяц прямо оттуда подхватить в обратный путь экспедицию Щепаньски. Неизвестно зачем, раз дороги перекрыты, но уговор есть уговор.
Правда, когда мутанты придут громить Заслон, сто процентов попадёт и МЧС-никам. Придётся стать плечом к плечу, отстреливаться, дорого продать - и всё такое. После этого мутанты точно перестанут делать различие между Заслоном и русскими федеральными войсками.
А впрочем... Ну и пусть их! Что ж одному Заслону за всех выгребать.
БТРы остановились за мостом через Селезень. Снова ритуал встречи.
Пока ожидали приглашения от атамана Сокола, Нефёдов оглянулся на дорогу, по которой приехали и проговорил вслух:
- Что-то зреет. Что-то назревает.
- Всё так, - энергично откликнулся полковник Снегов, - тревога висит в воздухе. Чувствуем мы, чувствует Заслон. Наши далёкие предки - это Сергеев рассказывал - в таких случаях прижимались ухом к земле и слушали стук копыт. Ну а нам остаётся включить рацию и эфир слушать.
- И что там?
- Кольцо осады смыкается вокруг Брянска. Отряды мутантской разведки замечены под Орлом. Думаю, скоро и о Чернигове скажут. Раз мутанты активизировались, в ЧНР будет жарче всего.
- Вы правы, о Чернигове уже говорят, - бросил, подходя, атаман Сокол. - Чернобыльская гвардия предприняла попытку штурма внешнего периметра. Мутантов отбили, остатки отошли под Прилуки, там собираются для нового штурма.
Что-то зреет? Нет. Созрело и завертелось.
- А что у вас? - поинтересовался полковник Снегов у Сокола по пути к уединённому помещению для приёма и переговоров.
- У нас пока тихо. Вот только...
Тут же тишину вспорола автоматная очередь. Вторая, третья. Кто-то побежал, крича на бегу:
- Толян! Справа!
Атаман Сокол резко поменял направление, сделал приглашающий жест идущим следом полковнику и капитану:
- К командному пункту, - пояснил, скользя по древесным стволам вокруг рассеянным взглядом. Не прорываются ли?
В командирской землянке для приёма оперативной информации Сокола уже ждал ополченец с донесением:
- Двое мутантов-разведчиков. Одного искрошили, другой ушёл. Толян и Гога с ребятами преследуют, но - вряд ли. Эти мутанты - из быстрых. Скорость развили неслабую - человеку пешком не догнать.
- Базу нашу они вычислили. Жаль, - вздохнул Сокол.
- Вот и наши БТРы засветились у Заслона, - повернулся к Нефёдову полковник Снегов, - твои прогнозы?
- Теперь кольцо сузится, и без боя нас уже не выпустят, - без обдумывания ляпнул капитан, - но мы им вломим.
Вломим - как не вломить. А что ещё остаётся?
12. Веселин Панайотов, этнограф
Ночь, как и прежние, прошла взаперти в гостевой комнатке Председательского дома. Веселин еле расслабился, чтобы заснуть: пришла тревожная фантазия. Что, если поутру дверь не отопрут? Этак никогда не покинешь пердунову Березань.
Утром, как только замок щёлкнул и шаги слуги стали удаляться, Веселин подхватил загодя приготовленный рюкзак и двинулся к выходу. Отпустят ли так же легко и Грдличку?
Выпустили - антрополог появился на пороге. Сразу заторопил. Хмырь, дескать, уже ожидает в условленном месте.
Да, ожидает. Если не передумал.
Миновали частокол. На воротах стоял Дылда, поглядел на отбывающих учёных с одному ему понятным сожалением.
В условленном месте - сразу за лугом, где вчера репетировался "танец Урожая", их ждал не только Хмырь, но и Ванидло - мутант с амбициями скульптора и вышивальщика. Он что, тоже навострил отсюда лыжи в Столичную Елань? Оказалось, нет.
Ванидло принёс какую-то видавшую виды тряпку, на которой самолично сделал несколько кривых стежков. Ага, новая вышивка. За бусы и печенье. Пробормотал:
- Я подумал... Это незаконченная работа, но, может, купите...
Йозеф Грдличка лучезарно улыбнулся и посоветовал мутанту закончить работу. То есть, пожалел на грязную тряпку сладкого печенья. Наверное, даже малость обиделся. А зря. Пожалуй, в это последнее утро в Березани ему впервые попалась аутентичная мутантская вышивка. Поразительно редкий случай, а потому особенно ценный.
Подождали ещё русских солдат. Терпеливо ждали, ведь придётся идти через Кабаний остров, а он захвачен волками. Пока на лугу не замаячили Хрусталёв и Рябинович, Ванидло всё не уходил, уговаривал антрополога купить вышивку.
Ну вот, все в сборе. Ванидло зашвырнул свою поделку куда подальше и в негодовании удалился, а пятеро путников - Хмырь, Грдличка, Панайотов, Рябинович и Хрусталёв - подошли к болотной тропе.
Путь через болото новых впечатлений не принёс, а вот Кабаний остров - другое дело. На острове - изрядная дубовая роща, довольно-таки красивая для деревьев среди болота. Грдличка предположил, что это дубы-мутанты, но очевидных признаков мутации ему не попалось. Веселин даже внутренне улыбнулся. Дубы-мутанты выглядят совсем как дубы.
Как только вышли на сушу, над вершинами болотных дубков разнёсся громкий вой. Волки.
- Нас заметили. Предупреждают! - в глазах у Хмыря заплескался сильный испуг. - Может, вернёмся?
- А есть другая дорога, не через рощу? - спросил Веселин.
- Да тут везде рощи.
- Тогда идём дальше, - решил Грдличка, - всё-таки о волках мы знали с самого начала.
Шли осторожно, нескоро, по возможности, тихо. Всматривались в дубовую чащу - не мелькнут ли волчьи тени. Чаща стояла мирно и спокойно.
Заманивают, подумал Веселин.
А потом на дорогу прямо перед ними выскочил большой чёрный волк.
Животное с гордым видом глядело прямо в лица застывшим на месте путешественникам и молча - без рычания - скалило зубы. Клыки впечатляли.
Особенно сильно впечатлился молодой Хмырь. В поисках защиты он попятился назад и вцепился в руку Грдлички цепкими мутантскими пальцами. Йозеф поморщился - видно, Хмырь причинил ему изрядную боль.
А что же солдаты?
В тишине Хрусталёв щёлкнул предохранителем на автомате, потом неловко завозился и виновато произнёс:
- Чёртов патронник! Снова патрон заклинило...
А Рябинович? Он-то чего медлит?
- Погоди, - сказал тот Хрусталёву, - мне кажется, это не мутант. Это честный волк, и с ним можно договориться.
- Как? - Хрусталёв по-прежнему лихорадочно возился с автоматом.
- Сейчас покажу! - Рябинович выступил вперёд.
Волк обратил внимание на солдата и впервые явственно зарычал. Рябинович остановился в пяти-шести шагах перед сгрудившимися перепуганными спутниками. Немного пригнулся, чтобы оказаться на уровне волчьих глаз. Странный, необычный солдат.
- На том свете был? - вдруг строго спросил Рябинович у волка.
Волк повёл головой, что-то прорычал.
- Был! - утвердительно произнёс укротитель. Или он перевёл с волчьего языка на русский?
- Мёртвых видел? - продолжал Рябинович свой непонятный допрос.
- Видел! - ответил он же сам за волка. Волк не возражал, вероятно, был полностью согласен с такой интерпретацией своего рычания.