— Ты бы на моем месте тоже рылся в книгах до тех пор, пока не изучил бы все до конца, — сказала она, и на этом спор был закончен.
В отличие от Константина, который предпочел, чтобы его домашний кабинет отличался от рабочего, Марика решила сохранить бежевые тона и современную обстановку своего рабочего кабинета. К небольшому столу из стекла, предназначенному для компьютера, удобным креслам из светлой кожи, книжным полкам и, собственно, письменному столу, который почти не отличался от компьютерного (они стояли рядом, и офисное кресло позволяло свободно переключаться с компьютерной работы на работу с документами) она добавила «жилую» половину кабинета: кухня и часть салона вместе с диваном, креслами, лампой для чтения и кофейным столиком, когда-то принадлежавшая «дому для гостей», осталась нетронутой. Несмотря на отсутствие окон (квартира была расположена ниже первого этажа), комната не выглядела темной и неуютной: организация освещения стоила Марике больших трудов, но результат работы ее вдохновлял. Она стояла на бледно-желтом ковре и, счастливо улыбаясь, смотрела на Константина.
— Неужели исполнится моя самая заветная мечта, и ты будешь работать дома? — спросил он. — Судя по тому, сколько сил ты вложила в этот кабинет, это решение не за горами.
— Ведь правда, тебе нравится? Не знаю, как насчет твоей мечты, а моя мечта исполнилась!
— Я рад, дорогая. Ты знаешь, что самая большая награда для меня — это видеть твою улыбку. — Константин обнял ее за плечи и обратился к Виктору. — Сколько я вам должен?
Тот улыбнулся и покачал головой.
— Вы ничего не должны. Я пришел только для того, чтобы внести корректировки. Мы с госпожой Землянских не планировали, что я буду работать сегодня, так что вряд ли вы…
— Либо вы миллионер, либо вы просто любите работать, не получая за это денег. В любом случае, прошу вас. Мы поднимемся ко мне, и я выпишу вам чек.
… — Я хочу увеличить одну из наших свадебных фотографий и повесить ее в кабинете.
Не услышав ответа, Марика положила щетку для волос рядом с зеркалом и, повернувшись в кресле, посмотрела на Константина.
— Кажется, я с тобой разговариваю? — снова заговорила она.
— Извини, я был сосредоточен на чтении. — Он повернул книгу обложкой кверху и продемонстрировал название. — Увлекательная вещь. Кстати, та самая, которую я привез тебе из Франции с автографом.
— Ты слушаешь меня, когда читаешь. Так что ты читаешь и о чем-то думаешь. О чем?
Константин отложил книгу.
— Это связано с работой. Не думаю, что это тебя заинтересует. Впрочем, Бог с ним. Мы с тобой договаривались не думать о работе по вечерам. Утро вечера мудренее.
— А еще мы договаривались ложиться спать в одиннадцать, и мы засиделись. Поэтому, — Марика подошла к кровати и выключила лампу, — пора спать.
— Ты могла бы ради приличия позволить мне дочитать главу до конца.
Марика забралась под одеяло.
— Она скоро переспит с детективом, — сообщила она. — В девятнадцатой главе.
— Я был о ней лучшего мнения. Чего, конечно, нельзя сказать о детективе.
— Давай обсудим это завтра. Я хочу спать.
— Ловлю на слове. Кстати, какие у нас планы на завтрашний вечер?
Марика устало вздохнула, поправляя подушку.
— Не знаю, какие у тебя планы, а у меня завтра две встречи с клиентами и целая куча бумаг, которые я уже дня три не могу заполнить. И эта куча увеличивается с каждым днем.
— Если ты закончишь до восьми, можно будет куда-нибудь пойти.
— Я с удовольствием куда-нибудь схожу, но только при условии, что там не будет наших бесконечных знакомых. Половина моих коллег и так уже перемывает мне кости.
— Добро пожаловать в наш клуб.
Константин взял с прикроватной тумбочки свои часы и посмотрел на циферблат.
— Господи, начало второго. Неужели до следующего отпуска я буду спать по пять часов?
Марика потянула на себя одеяло.
— Вместо того чтобы жаловаться на судьбу, ты мог бы обнять свою жену, которая умирает от холода. Или ты не соскучился?