— После ранения в Ливане я выглядел гораздо хуже.
Константин положил в раковину тарелки и вернулся за стол.
— Кофе? — спросил он у гостя.
— Да, было бы здорово. И рюмку коньяка. На улице такой холод, что я до сих пор не согрелся. — Боаз достал пачку сигарет. — Значит, этот твой герой тебе не знаком.
— Я впервые его вижу. Единственное, что удивило меня — так это его славянская внешность. И, пожалуй, легкий акцент — правда, я не помню, какой именно. Я жутко разозлился. Если бы Марика вышла на пять секунд позже, то я бы пустил ему пулю в лоб.
— И какие мысли у тебя есть по поводу его хозяина? Того самого, который знаком с одним из твоих коллег?
— Давай не будем поднимать эту тему, Боаз, иначе я на самом деле кого-нибудь убью. И, судя по тому, что в этой комнате не так много людей, жертвой будешь ты. Вот твой кофе, и вот твой коньяк.
Гость принялся методично размешивать сахар в кофе.
— Тебе надо расслабиться, ты весь на нервах, — сказал он. — Может, мы на самом деле куда-нибудь сходим? В «Королеву», например? Или хочешь поехать в Тель-Авив? Я знаю несколько отличных мест. Тебе понравится.
— Если эти места похожи на «Королеву», то я предпочту остаться дома.
— Как скажешь. Лично я был бы не против развеяться. У меня до сих пор не укладывается в голове то, что произошло с Кристиной. Бедный Гилад. Он сам не свой.
Константин закурил и подвинул к себе пепельницу.
— Ты никогда не думал о том, что иногда ты меняешь людей, но у тебя нет на это права?
Боаз сделал глоток кофе, подождал несколько секунд и пригубил коньяк.
— Мы всегда на кого-то влияем, это зависит не только от нас. Ты даешь человеку то, что можешь дать, а он думает, принимать это или нет. Ответственность лежит на обоих.
— Он все больше напоминает мне меня самого. И это меня пугает.
— Да, он уже не тот Гилад, каким он был несколько месяцев назад.
— Мы с ним как-то говорили об этом. Я всегда чувствовал, что у него есть какая-то черта, и он ее никогда не переступит. Но тогда в больнице он посмотрел на меня, и у него были совершенно чужие глаза. И это на самом деле уже совсем не тот Гилад, которого я знал раньше. Не мой консультант, который не понимал, как можно убивать троих, спасая при этом десятерых.
Боаз некоторое время молчал, не зная, как реагировать на сказанное, а после решил перевести разговор на другую тему.
— Так что же, тебя оставила не только жена, но и экономка? — спросил он.
— Берта поехала к сестре. Я попросил, чтобы она осталась там еще на неделю. Надеюсь, недели нам хватит для того, чтобы со всем этим разобраться.
— Как ты думаешь разбираться?
— Не знаю. Но мы обязаны это сделать. И чем скорее, чем лучше.
Услышав звонок в дверь, Боаз повернул голову.
— Ты ждешь гостей?
— В начале первого ночи? — Константин поднялся. — Надеюсь, плохие сюрпризы закончились, и эти гости меня обрадуют.
Габриэль Нафтали положила руку на дверной косяк и улыбнулась.
— Прошу прощения, что не предупредила, — сказала она. — Но я подумала, что к старым друзьям можно приходить без приглашения. — Она провела рукой по волосам, демонстрируя новый цвет. — Как тебе? Рыжий мне идет, но я решила стать брюнеткой.
— Сюрприз так сюрприз. — Константин пропустил ее в гостиную и, заперев дверь, пошел следом. — Похоже, не только я люблю наведываться к старым друзьям без приглашения?
Габриэль сняла с плеча сумку и осмотрелась.
— Новая мебель, — заметила она. — Похоже, твоя жена занялась дизайном дома. Прошлый мне тоже нравился, но теперь стало уютнее. Передай ей, что мне нравится. Кстати, где она?
— Уехала погостить к друзьям. Вернется через неделю.
— О, так ты один? — Она улыбнулась и сняла плащ, оставшись в темно-зеленом платье чуть выше колена. — Будь добр, налей мне чего-нибудь покрепче. Очень хочется согреться.
Стоявший в дверях кухни Боаз несколько секунд разглядывал гостью, не двигаясь с места. Габриэль, увидев его, приветственно помахала рукой.
— Надо же, и Боаз здесь! Как же я теперь смогу сосредоточиться на деле? Красивая женщина в компании двух привлекательных мужчин… постараюсь не подкачать.
Константин взял ее плащ.
— Проходи на кухню, там теплее, — посоветовал он. — Майор, поухаживайте за дамой.
— Какими судьбами? — спросил Боаз, пропустив Габриэль на кухню. — Где ты живешь?
— Это большой секрет, — ответила она, занимая один из высоких стульев рядом с небольшой барной стойкой. — Но если по секрету и только для хороших друзей — во Франции. — Она посмотрела на вошедшего Константина. — Что у тебя с лицом? Карьера фотомодели откладывается на неопределенный срок?